ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревАлександр НемецБлагодарностиКонтакты


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
«Радио Свобода»
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Видеоканал
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Воспоминания о Викторе Платоновиче Некрасове

Павел Лунгин

Лунгин Павел Семёнович (род. 12 июля 1949, Москва) — сценарист и кинорежиссёр. Лауреат Каннского кинофестиваля (1990). Народный артист России (2008). Почётный член Российской академии художеств.

Родился в семье сценариста Семёна Лунгина и филолога Лилианны Лунгиной, благодаря переводу которой история о Малыше и Карлсоне стала известной и столь популярной и любимой в СССР.

В 1971 году окончил отделение структурной и прикладной лингвистики МГУ, в 1980 году — режиссёрское отделение Высших курсов сценаристов и режиссёров (мастерская Г. Данелия, М. Львовского).

В мире большого кино дебютировал в качестве соавтора сценария картины для семейного просмотра «Все дело в брате» (1976) Валентина Горлова. Впоследствии принял участие в написании сценариев к нескольким достаточно известных картинам, таким как «Конец императора тайги» (1978) Владимира Саруханова, «Все наоборот» (1981) Владимира Грамматикова и Виталия Фетисова, «Непобедимый» (1983) Юрия Борецкого и «Попутчик» (1986) Ивана Киасашвили.

В качестве режиссера дебютировал в 1990 году с драмой «Такси-блюз» (1990), поставленной по собственноручно написанному сценарию.

Как режиссер снял более десяти фильмов.

Лауреат Каннского кинофестиваля в номинации «Приз за лучшую режиссёрскую работу» за 1990 год.

Лауреат Каннского кинофестиваля — Специальный приз жюри «За лучший актёрский ансамбль» за 2000 год.

Лауреат премии «Человек года» Федерации еврейских общин России (2005).

Лауреат «Золотого орла» в номинации «Лучший режиссёр» за фильм «Остров» 2007 год.

Лауреат «Ники» в номинации «Лучший режиссёр» за фильм «Остров» 2007 год.

Лауреат национальной премии «Россиянин года» (2007 год).

Народный артист Российской Федерации (20 ноября 2008) — за большие заслуги в развитии отечественного кинематографа.

Орден Дружбы (24 ноября 2010) — за заслуги в развитии отечественной культуры и искусства, многолетнюю плодотворную деятельность.

Командор ордена Искусств и литературы (Франция, 2010 год).

Почётный член Российской академии художеств.

Офицер ордена Почётного легиона (Франция, 2012 год).

Пари с самим собой

«Караван историй», 2019, № 5, с. 70-107

О Викторе Некрасове, с. 87-92

...Единственным человеком, который ужаснулся приготовленной мне судьбе, был Виктор Некрасов. Он тогда в очередной раз приехал из Киева и по традиции остановился у нас. Будучи человеком деликатным, Виктор Платонович не протестовал, не настаивал, а только спросил: «Паша, зачем ты поступаешь на эту лингвистику? Зачем она тебе?» Конечно, эти слова усилили мои сомнения, однако дело было уже сделано и осенью 1966 года я пошел в МГУ — учиться неведомо чему.



Виктор Некрасов и Павел Лунгин. Москва, конец 1960-х

Личность Некрасова и оказанное им на меня влияние достойны отдельного разговора. Писателя привел в наш дом, как ни странно, отец — обычно это была прерогатива мамы. В Театре Станиславского, откуда Семена Лунгина тогда еще не попросили, он ставил спектакль по повести Некрасова. Автор приехал из Киева в Москву, присутствовал на репетиции, после которой они с отцом выпили и подружились.

«Прихожу домой, — вспоминала мама, — с одним желанием: лечь и дать отдых отекшим во время беременности ногам. Вдруг слышу из гостиной незнакомый голос, который почем зря костерит коммунистов. Заглядываю в комнату: муж с неизвестным допивают бутылку водки, и кажется, не первую. Вызываю Семена на кухню: «Ты кого привел?! Он же провокатор!» Спустя короткое время мама и Виктор Платонович подружились, а эпизод с «провокаторством» занял место среди семейных баек.

Некрасов остался в моих воспоминаниях человеком-праздником совершенно не выносившим рутины и обладавший огромной внутренней свободой. Он был абсолютно несоветским, неконформным и напоминал старых русских интеллигентов, о которых я читал у Чехова. Его магнетическое обаяние сложно передать словами - можно только почувствовать. О чем бы ни говорил, его хотелось слушать, с ним было все интересно — смотреть кино, пить чай, мастерить. Из командировки в Америку Виктор Платонович привез мне огромную модель корабля «Санта—Мария», на котором плавал Колумб. Несколько недель мы собирали-клеили тысячи деталей — и Некрасов был увлечен этим делом наравне со мной, двенадцатилетним.

Его непокорность проявлялась во всем, в том числе в нелюбви к галстукам. Я никогда не видел Вику в этом, казалось бы, непременном для мужского гардероба аксессуаре и сам ношу рубашки только с расстегнутым воротом. Некрасов укрепил во мне стремление быть свободным и вложил в голову запрет который по сей день остается во мне на уровне инстинкта: «Не приближайся к власти!» Сам он следовал этому правилу неукоснительно: спустя несколько месяцев после избрания заместителем председателя правления Союза советских писателей Украины ушел с должности не пожелав участвовать в кампании против космополитов. Тем не менее большие чиновники не оставляли попыток привлечь автора повести «В окопах Сталинграда», ставшей событием для всей мировой литературы на свою сторону. Помню, когда Некрасов жил у нас, ему неоднократно звонила Фурцева — приглашала побеседовать, называла время. Виктор Платонович не приходил (даже не собирался), министр звонила снова — а он опять игнорировал встречу. Допускаю, что у Екатерины Алексеевны имелся к писателю чисто женский интерес. Некрасов был очень красивым, итересным, авантажным. Тонкие благордные черты лица, смуглая кожа делали его похожим на д’Артаньяна, каким тот описан у Дюма, или молодого Жана Маре.

Ему, все дальше дрейфовавшему в сторону диссидентства, жить в советских реалиях было очень тяжело. И он пил, с каждым годом — больше и больше. Я ходил его искать, подбирал в каких-то дворах, и мы бродили по строившемуся тогда Новому Арбату. Виктор Платонович говорил: «Не хочу домой! Старцы нас осудят...» «Старцами» он называл моих родителей.

Американский классик Джон Стейнбек, лауреат Нобелевской и Пулитцеровской премий, приехав в Советский Союз, захотел непременно поговорить с Некрасовым, которого считал писателем, равным Хемингуэю и Ремарку. Чуть ли не на второй день знакомства Виктор Платонович решил научить коллегу пить водку по-русски. Стейнбек и сам любил принять на грудь, поэтому новый способ его заинтересовал. Хозяин повел гостя к Смоленскому гастроному, где постоянно обретались жаждущие скинуться по рублю, а через несколько минут в ближайшей подворотне уже разливали на троих. На Стейнбека этот эпизод произвел неизгладимое впечатление. Он и не представлял, что можно пить вот так: за ближаишим углом, из одного стакана с совершенно незнакомым человеком...

Благодаря Виктору Платоновичу в нашем доме стали бывать Галич, Войнович, Твардовский, Тендряков, Шпаликов, Искандер. Все собирались за одним столом: гости, хозяева, мои друзья, протежируемая мамой малярша из Орловской губернии... Разговоры велись диссидентские, но ни меня, ни моих одноклассников не выпроваживали. Мы сидели развесив уши, а я в силу своего энергичного характера еще и влезал в разговор. Полагаю, иногда взрослым очень хотелось меня заткнуть.

Приобретя некоторый жизненный опыт, удивлялся, как родители не боялись, что кто-то донесет о беседах, которые ведутся в доме. Чувства страха не было, наверное, из-за оттепели, во время которой люди поверили в возможность говорить что думают, не опасаясь репрессий, к тому же их крепко сплачивала принадлежность к фронде не желавшей иметь ничего общего с властью. С Некрасовым и Шпаликовым у меня связана одна конфузная история. Виктор привез Гене из Италии красивые ботинки и оставил у нас. Шпаликов за подарком долго не приходил, и я потихоньку начал туфли таскать. Сперва по особо торжественным случаям, потом — и в будни. Когда Гена наконец появился, его печальному взору предстала сильно поношенная пара. Вот только финала не помню: то ли Шпаликов обувь оставил, то ли все-таки забрал...


Павел Лунгин с женой Еленой и младшим сыном Иваном




  • Павел Лунгин. Воспоминания о Викторе Платоновиче Некрасове

  • Радиопередача «К 100-летию Виктора Некрасова» («Книжное казино», Радио «Эхо Москвы»)

  • Семен Лунгин «Тени на асфальте»

  • Лилианна Лунгина «О Викторе Некрасове»

  • Евгений Лунгин «Последний мушкетер»

  • Виктор Некрасов «Беседа специального корреспондента газеты Le Monde с писателем Виктором Некрасовым в связи с 50-летием президента-координатора Российской Демократической Федеративной Республики Александра Лунгина. Le Monde, 25.IX.2021 г.»

  • Похороны Виктора Некрасова


  • 2014—2021 © Международный интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов ссылка на
    www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    © Viсtor Kondyrev Фотоматериалы для проекта любезно переданы В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                                               
    Flag Counter