ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
«Радио Свобода»
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Воспоминания о Викторе Платоновиче Некрасове

Андрей Синявский

Синявский Андрей Донатович (литературный псевдоним — Абрам Терц; 8 октября 1925, Москва — 25 февраля 1997, Париж) — литературовед, писатель, литературный критик.

С началом Великой Отечественной войны семья эвакуировалась в Сызрань, где Синявский в 1943 г. окончил школу и в том же году был призван в армию. Служил радиотехником на аэродроме.

В 1945 г. поступил на заочное отделение филологического факультета МГУ, после демобилизации в 1946 г. перешёл на дневное. Участвовал в спецсеминаре, посвящённом творчеству Маяковского. Окончил университет в 1949 г.

Работал в Институте мировой литературы, преподавал в МГУ на факультете журналистики и в Школе-студии МХАТ.
Синявский был одним из ведущих литературных критиков журнала «Новый мир», главным редактором которого являлся Александр Твардовский.

Автор литературоведческих работ о творчестве М. Горького, Б. Пастернака, И. Бабеля, А. Ахматовой. С 1955 года начал писать прозаические произведения.
В тогдашнем СССР, в связи с цензурой, его произведения не могли быть напечатаны, и Синявский до своей эмиграции издавал их на Западе под псевдонимом Абрам Терц. Были напечатаны рассказ «Суд идёт» и повесть «Любимов», вошедшие в сборник прозы «Фантастический мир Абрама Терца», а также статья «Что такое социалистический реализм?», в которой едко высмеивалась советская литература.

Осенью 1965 года Синявский был арестован вместе с Ю. Даниэлем по обвинению в антисоветской пропаганде и агитации. В феврале 1966 года осуждён Верховным Судом на семь лет колонии. В суде над писателями («Процесс Синявского-Даниэля») ни Синявский, ни Даниэль не признали себя виновными.
В колонии (Дубровлаг) Синявский работал грузчиком.
8 июня 1971 года был освобождён досрочно.

Вскоре после освобождения в 1973 году поехал по приглашению Сорбонны на работу во Францию.
С 1973 года — профессор русской литературы в Сорбонне.
Издавал совместно с женой Марией Васильевной Розановой с 1978 года журнал «Синтаксис».


Некролог

Написан 1 июня 1975 г.

Впервые опубликован в журнале «Синтаксис»,
1987, № 19, стр. 3—5
(Статья в .pdf)



Обложка журнала «Сиктаксис» № 19, 1987
с некрологом Андрея Синявского «Виктор Некрасов»

Страница № 3 журнала «Сиктаксис» № 19, 1987
с началом некролога Андрея Синявского «Виктор Некрасов»

Перепечатан в журнале «Знамя», 1990, № 5, стр. 49—50

Андрей Синявский на «Радио Свобода»
читает, к счастью, непонадобившийся
в то время некролог на Виктора Некрасова,
15 сентября 1975 г.




Некрасов... Светскость, как определяющее, как положительное начало. Все мы монахи в душе, а Некрасов — светский человек. Мы — закрытые, мы — застывшие, мы — засохшие в своих помыслах и комплексах. Некрасов — открыт. Всем дядюшкам и тетушкам, всем клошарам, всем прогулкам по Парижу... Светский человек среди клерикалов. Ему недоставало трубки и трости.
И посреди феодальной социалистической литературы — первая светская повесть «В окопах Сталинграда». Странно, что среди наших писателей, от рождения проклятых, удрученных этой выворотной, отвратной церковностью, прохаживался между тем светский человек. Солдат, мушкетер, гуляка, Некрасов. Божья милость, пушкинское дыхание слышались в этом вольном зеваке и веселом богохульнике.
Член Союза писателей, недавний член КПСС, исключенный, вычеркнутый из Большой энциклопедии, он носил с собой и в себе этот вдох свободы. Человеческое в нем удивительно соединялось с писательским, и он был человеком пар экселянс! А это так редко встречается в большом писателе в наши дни.
Дядюшка в Лозанне... Как это подошло — в Лозанне...
Преждевременный некролог? Я понимаю. Нехорошо, что преждевременный. Но и как воздать?! Если не преждевременно? Если все мы уходим и уходим, и никто не стоит за нами с поднятыми факелами в руках!
Потому и тороплюсь. Надеюсь. Не умрет...
А его Хемингуэй? Наш российский, наш советский, наш дурацкий Хемингуэй! Как он был нам важен, необходим этот дядя Хэм. Почти как «Дядя Ваня», как «Хижина дяди Тома». В нашу сызмальства религиозную жизнь Хэм, дядя Хэм, вносил почти запретную, подпольную тему человека.
Ничего особенного: человек? Человек. Человек? — Человеку. Но это уже было так значительно, так осмысленно посреди толпы, принявшей либо звериный образ, либо еще страшнее — ореол напускной святости. Спасибо тебе, дядя Хэм...
Некрасов выше, Некрасов чище, чем кто-либо из всех нас любил Хемингуэя. Да ведь и то сказать — он был старше нас, и старше и живее. Как я сказал — был больше всего человеком среди писателей, а человек — не с большой, а с маленькой буквы, это много дороже стоит.
Почему я все это сейчас пишу? Когда Некрасов еще не умер? Чтобы, если он выживет, подарить ему эти странички, как очередную медаль — за отвагу.
А потом, скажите, что мне делать сейчас, если о нем не писать? Чем помочь ему, кроме такого вот прижизненного некролога? Толпиться в больнице? Звонить по врачам? Да всех врачей уже обзвонили, и они затыкают уши и не хотят больше слушать этих настырных, неизвестно о чем думающих русских.
«В окопах Сталинграда»... Нужно же было родиться и кончить свои дни в Париже, чтобы где-то посредине написать — в окопах Ста-лин-града... Да! Нужно. Нужно же было уехать из Киева, из России, чтобы приехав в Париж, тебя разрезали пополам и выкачивали бы гной из брюшины, из почек и из легких? Не лучше ли было бы там, не проще ли было бы в Киеве и окончить дни, отмеченные «Литературной газетой»?
Куда лезешь? Зачем летишь?
Глоток воздуха. Последний глоток свободы...

Первая страница авторской рукописи
непонадобившегося в то время «Некролога»
Андрея Синявского, 1 июня 1975 г.




Подарок Андрея Синявского Виктору Некрасову
с дарственной надписью, 12. IX. 1974



Номер журнала «Синтаксис»,
издание которого было осуществлено
при частичной материальной поддержке
Виктора Некрасова


Обложка журнала «Синтаксис» № 1, 1978.
Издание этого номера было осуществлено
при частичной материальной поддержке
Виктора Некрасова

Лист из журнала «Синтаксис» № 1, 1978,
с благодарностью Виктору Некрасову



Краткое интервью А. Д. Синявского о ВПН,
данное для «Радио Свобода» после погребения,
10 сентября 1987 г.




Я, конечно, немножко в таком растерянном состоянии, но я хотел бы сказать несколько слов об искусстве, о мастерстве детали в творчестве Некрасова. Ведь это он очень неожиданно изобразил героизм войны. Так предельно просто обыграны, на первый взгляд, прозаические детали. Ну, такая есть фраза у него, просто то, что в мозгу у меня всплывает: «Пулеметы шипят как чайники». Раненная кошка в подвале, ранило осколком, её перевязывают, котята тычутся, у ней живот перевязан и они не находят сосков… Убитый мальчик, во рту у него еще дымится окурок… Вот из таких деталей мы чувствуем ужас и героизм событий, но, вместе с тем, безо всякого нажима. Это действительно, как бы создается иллюзия полной правды, очень конкретной и человечной.

10 сентября 1987



  • Мария Розанова «Некролог»

  • Ефим Гофман «Инобытие слова»


  • 2014—2018 © Международный интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов ссылка на
    www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    © Viсtor Kondyrev Фотоматериалы для проекта любезно переданы В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                                               
    Flag Counter