ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревАлександр НемецБлагодарностиКонтакты


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
«Радио Свобода»
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Видеоканал
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Произведения Виктора Некрасова

«Краткие повести» Л. Консона

Рецензия

«Новое Русское Слово», 2 декабря 1984 г.




Виктор Некрасов на «Радио Свобода»
читает статью «Краткие повести»
Л. Консона», 14 декабря 1984 г.



Как приятно открывать для себя что-то новое. Новую страну, новый город. Новое дерево, новый цветок. На Гавайях я увидел и ахнул при виде громадного дерева с громадными цветами вместо листьев. Новую бабочку – будь я Владимиром Набоковым. Открывать на старости лет, что барокко, которые мы, юные архитектурные конструктивисты, презирали и отрицали, на самом деле прекрасно. Что старая русская усадьба и красивее, и удобнее, чем все новшества нашего кумира тех лет Корбюзье. Как приятно все это открывать, пусть даже на старости лет. Но прекраснее всего — открывать новых людей. А мне как читателю и литератору — новых писателей. Разумеется, хороших.
Мне казалось, например, что про войну я уже не могу ничего читать. И сколько уж написано — и дерьма а-ля Стаднюк, и серьезного, как Быков, да и сам я столько о ней написал… А вот появился «Сашка» Вяч. Кондратьева, я прочел и понял, что даже через сорок лет можно читать о войне…
То же и с лагерями. Войну-то я знал, а лагеря, слава Богу, нет. Но после Солженицына и Шаламова узнал о них столько, что, казалось, больше о них ничего не скажешь…
А попалась в руки маленькая книжечка в коричневом переплете с превосходным названием «Краткие повести», и прочел я её взахлеб. Автор её — неведомый мне Лев Консон.



Обложка книги

Титульный лист


Вот еще одно прекрасное открытие — новый писатель. И хороший.
Что такое хороший писатель? Лев Толстой? Но тут привожу строчки из воспоминаний Дмитрия Журавлева, замечательно читающего Толстого: «Читая Толстого, я каждый раз, — пишет он, — перестаю ощущать написанное как произведение искусства. Тут – сотворение мира!». Достоевский, Пушкин, Гоголь, Чехов, из наших близких – Шукшин? Почему они хорошие, мы знаем, да и написано об этом миллион книг… А вот я позволю себе в этот великолепный список — где-то, может, в самом конце его — вставить фамилию Консона.
Почему? В чем он хорош? И почему я, читатель медлительный, прочел его залпом?
Был когда-то, в начале века, такой австрийский писатель Петер Альтенберг. Автор короткого и ультракороткого рассказа. В «Литературной энциклопедии» он назван «импрессионистом». А я, читая его в юные годы, ни о каких «измах» не думал, а поражался, как можно в двух-трех строчках рассказать так много интересного и неожиданного. И, став писателем, до сих пор завидую его лаконизму.
Нечто подобное таится и в Консоне. Самая длинная его повесть «О Гелебе, Феликсе и совсем немного о ребятах» — всего 18 страниц. Остальные — пять, три, две, одна страничка, а иногда и всего пять строчек.
Пусть не все так считают, но для меня лаконизм — это достоинство (Толстой не в счет, ему все можно).
Итак, Консон лаконичен. Второе — в двух-трех строчках можно сказать очень многое. И этому умению я бесконечно завидую.
Что не быть голословным, приведу несколько примеров из Консона.
«Когда нас гоняли копать картошку, то мы скребли её стеклом и ели сырую. Очистки в землю зарывали, а то били очень».
«Урожай страшно нервничал, когда играл в карты. Как-то кошка из под нар выскребла крысят. Урожай бросил карты, схватил крысенка и, перекусив, выплюнул».
«Не было бумаги, а умирали часто. Тут любой лепком в тупик станет, ведь акты писать не на чем. Воспоем же славу тому, кто первым догадался писать акты на фанстружке. Главное, чтоб стручок не было»
«У Тимки были большие голубые глаза. Повели Тимку в изолятор, а я провожать его пошел. Был солнечный день. Посмотрел Тимка огромными голубыми глазами в огромное синее небо и сказал:
— Мир-то какой большой, а жить негде.
Хороший был парень Тимка».
Есть у Консона и более подробные, в большинстве своем горькие, трагические рассказы о лагерных друзьях, о встрече и даже дружбе с Белинковым, но есть и суровое самобичевание. В этом и трагизм, и красота правды, и некий страшный итог.
Крохотный отрывок из повести «Воля»: «Все те, кто могли воспротивиться насилию, погибали в лагерях быстро. Если они сопротивлялись властям, их убивали власти, если они сопротивлялись блатным, их убивали блатные. Их всех увивали. Те же, у кого инстинкт жизни оказался сильнее чести и порядочности, подписали договор с дьяволом… Понятие о порядочности стало настолько изощренным, что на все подлости мы обзавелись массой оправданий».
Увы, добавлю уже я, это случается и не только в лагере. Примеров в нашей вольной жизни предостаточно. И в литературе, в частности, тоже.
В заключение приведу несколько строчек их письма моей приятельницы, которой я послал книгу Консона. Вот они.
«А Консон действительно прелесть. У других авторов-лагерников мне часто мешает пафос — у меня от него в искусстве (да и вообще) чувство неловкости и протест от необходимости одеться в котурны, а я больше всего люблю шлепать босиком. Вот за Консоном шлепаю – и ужас, и где-то весело, что так можно писать об ужасном. Его рассказ о Белинкове – чудо объемного рассказа о сложной личности без «с одной стороны – а с другой». Завидки берут.
Кто же он такой, сам Консон? Знаю только из его же книжки, что весну 1944 года встречал на Лубянке, во внутренней тюрьме. И было ему тогда 16 лет. Значит, сейчас ему 56 лет. Вот все, что я о нем знаю. И еще одно – что он писатель. И хороший.



  • Лев Консон «Краткие повести»

  • 2014—2020 © Международный интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов ссылка на
    www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    © Viсtor Kondyrev Фотоматериалы для проекта любезно переданы В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                                               
    Flag Counter