ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Виктор Некрасов

Памяти Г. П. Макогоненко

Некролог для радио

20 октября 1986 г.

Рукопись хранится в Государственном архиве-музее литературы и искусства Украины, фонд № 1185, опись № 1, дело № 9, стр. 27—34

Грустно провожать в последний путь друзей. К тому же заочно, не имея возможности идти за гробом.

Вот и Макогоненко ушел, Георгий Пантелеймонович. И хотя ушел он вовсе не молодой, — он мой ровесник, — ощущение такое, что произошло это слишком рано. Человеком он был очень веселым, жизнерадостным, жизнь любил и умел ею пользоваться.

Познакомились мы с ним более тридцати лет тому назад — летом 1955 года. Он заведовал тогда сценарным отделом «Ленфильма» и на этой почве мы с ним тогда и познакомились, а потом и сдружились.

К нему многие относились по-разному, но я его знал с самой хорошей стороны.

С первой минуты мне он не очень понравился – показался слишком апломбистым, шумным, самоуверенным, пробивным. Потом я понял, что это и так, и не так. Иными словами, он был человеком действительно активным, энергичным, но качества эти использовались не для личной выгоды, а для дела.

В некрологе о Макогоненко в «Советской культуре» и в теплой, полной любви небольшой заметке, посвященной ему, В. И. Кулешова о нем много и убедительно говорится как о крупном ученом, литературоведе и блистательном лекторе, но не упоминается о его деятельности на студии «Ленфильм». А она была выдающейся, и своими успехами конца 50-х, начала 60-х годов одна из ведущих студий страны обязана была именно ему. И я тоже.

Не будь его, лучшее из созданного одним из старейших режиссеров страны А. Г. Ивановым — фильм «Солдаты» — никогда бы не увидел свет. Это я говорю нисколько не стесняясь, — хотя я её автор сценария и книги, по которой он сделан, — это мнение не мое, а всеобщее — картина оказалась переломной в истории советского кино, посвященного войне.

Я принимал непосредственное участие во всех неистовых перипетиях этой картины, присутствовал на съемках от начала до конца и со всей ответственностью могу сказать — роль Макогоненко в судьбе и успехе картины была одной из первых. В какой-то степени она была его детищем и он защищал её и пробивал где и как только мог.

Вот маленький, но весьма существенный эпизод. Основным врагом и сценария. И в дальнейшем фильма было Главное Политуправление Советской армии. Потом оказался и маршал Жуков, который и снял её с экрана в первый же день по ее выходе. Но это было уже в конце. Во время же подготовительного периода и самих съемок борьба не на жизнь, а на смерть шла с Политуправлением. В конце концов мы её выиграли и не без активного участия Макогоненко.

В день, когда картина, можно сказать, с триумфом принята Худсоветом студии, Георгий Пантелеймонович пригласил меня в свой кабинет, открыл ящик стола, вынул оттуда конверт и вручил его мне со словами: «В твой архив, храни!»

Это было письмо начальника Политуправления, если не ошибаюсь, генерала Голикова, в котором в самых категорических выражениях не разрешалось начинать съемки впредь до каких-то дополнительных исправлений.
— Так вот, знай, Вика, я это письмо получил в день, когда вы с группой выезжали на первые зимние съемки в Сталинград. Я никому его не показал. Ты первый. И только сегодня.

Это был акт немыслимой дерзости и смелости. Ослушаться решения такой влиятельной инстанции. И потом все время ходить по лезвию ножа, балансируя между всеми остальными инстанциями, а их было не меньше десяти, включая самое ЦК… Балансирую — это значит где-то врать, что-то скрывать, о чем-то недоговаривать, пускать туман. И все это взвалил на свои плечи Макогоненко, человек умный, решительный, бесстрашный и, конечно, хитрый.

Еще один факт из его студийной биографии. Зная, как тяжело приходится битому-перебитому М. Зощенко, он пригласил его к себе и буквально силой заставил его подписать договор на любую, какую захочет Зощенко, тему.
— Но его же никто и никогда не поставит, — удивился Зощенко.
— Не поставят, конечно. Но это нас сейчас не интересует. Нас интересует только договор. Будьте любезны, подпишите его и получите 25%. Остальное уже мое дело.
— Да, но…
— Никаких «но». Подпишите и в кассу… Вам же есть нечего, Михаил Михайлович.

Михаилу Михайловичу действительно нечего было есть. Макогоненко его накормил. Никого не спрашивая.

Я думаю, что эти два факта достаточно хорошо характеризуют моего друга.

К тому же был он всегда веселым, неунывающим, любителем ресторанов, всякого рода застолий и всего связанного с этим. Причем о своих, чисто литературных делах, успехах, книгах никогда не говорил. А ведь кроме студии, которой он отдавал и сердце, и время, у него были издательства, лекции, университет, да и писать о Радищеве, Новикове, Фонвизине, Пушкине, Гоголе, Батюшкове тоже надо было когда-то. И всё он успевал. И писать, и пробивать, и гулять, острить, громко хохотать и не жалеть денег.

«Радищева» своего он мне все-таки подарил. С надписью — «Дарю, хотя знаю, что не прочитаешь… И не обижусь».

Он угадал, я так и не прочел. Как ученый, литературовед, ученик Чуковского, он мне был далёк. Как искренний и верный друг, веселый и смелый человек был очень близок.

Последние перед моим отъездом годы мы с ним мало виделись, но любовь моя к нему не прошла. Я оплакиваю его смерть. Еще одним другом стало меньше.




  • Виктор Некрасов «О «Ленфильме» и о «Солдатах»» (1979)

  • Виктор Некрасов «Александр Гаврилович Иванов» (1984)


  • 2014-2017 © Интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов
    ссылка на www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    Фотоматериалы для проекта любезно переданы
    В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                               
    Flag Counter