ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
«Радио Свобода»
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Произведения Виктора Некрасова

Валентину Петровичу Катаеву

Статья

«Русская мысль», 31 марта 1977 г. (№ 3145), с. 2




(СМ. «ПРАВДУ» № 79 ОТ 20 МАРТА 1977 Г.)

Виктор Некрасов
Ах, Валентин Петрович. Валентин Петрович, загадка Вы, а не человек... Из интеллигентной семьи, культурный, (образованный, кучу книг перечитали, и, как все в нашей стране, дожившие до Вашего преклонного возраста, цену советской власти и родной партии знаете, и вдруг на весь мир на четырех колонках, весь в цифрах и кавычках — хочу мира!
Показал сыну Ваш клич — пожал плечами: очевидно, говорит, место себе на Ново-Девичьем подыскивает, на Кремлевскую-то стену не потянет.
Вы старше меня, я Вас знал с детства. И, конечно же, любил. Ну, как не полюбить после «Белеет парус...»? И любовь к Одессе, со всеми ее Малыми и Большими Арнаутскими не без Вашего участия зародилась. И к каким-то из Ваших последних вещей что-то тоже тянуло. И таланту, как говорится, многое прощается. Многое, но не все.
Нет, я — один из сеньоров — «диссидентов», по Вашему меткому определению — нисколько не обижаюсь на Вас за Ваши образные живые картинки пальцев, из которых что-то высасывается, и вымени дойной коровы, к соскам которой кто-то присосался... Признаюсь — сосем, и из пальца, и из вымени, никуда уж не денешься, приперли-таки к стенке... Нет, не обиделся я. Я огорчился. И куда более существенным.
Были в свое время большие писатели, большие поэты. Был Павло Тычина, Максим Рыльский, Николай Тихонов, Константин Федин, Вы, наконец... Были и перестали быть.
На моих глазах били смертным боем Максима Рыльского. За то, что писал хорошие стихи. И он стал писать плохие. Я не видел, как били Тычину, думаю, что его просто запугали, но и он, гордость украинской литературы, перешел на постыдные частушки... Николай Тихонов был поэтом, говорят люди знающие, даже большим, а стал «солдатом мира», развозит по планете, как теперь называют нашу грешную землю, лауреатские значки, и кончились стихи... Константин Федин, «Городами и годами» которого мы когда-то зачитывались, превратился в безмолвного, тусклого, трусливого чиновника, чучело орла, которым украшает свой собственный председательский кабинет...
Ну, и наконец Вы, дорогой Валентин Петрович... Скажите мне по секрету, я никому не выдам — кто Вам писал статью о том, что Вы хотите мира? Кто? Признайтесь.
Не может быть, чтоб Вы написали, например, вторую половину третьей колонки Вашей статьи, начинающуюся со слов: «Неужели ж вы, сеньоры — «диссиденты»... и кончающуюся словами: «именно о ней надо кричать во весь голос», где нарисована такая страшная, до озноба доводящая, картина того мира, в котором я уже без малого три года живу, что, ей-Богу, завтра побегу в новое, прекрасное здание советского посольства и попрошусь назад...
Ну неужели ж Ваша рука писала этот бесконечный, изжеванный до тошности пассаж о товарище Леониде Брежневе, «чей вклад в дело мира поистине огромен»? Нет, не убеждайте меня, это не Вы писали. И уместно вставили поговорку «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» про Картера и поджигателя войны Буковского — тоже не Вы...
И я ломаю себе голову — кто же? Кто он, этот вежливый молодой человек из ЦК или другой организации, которого Вы пригласили сесть в кресло, предложили папироску и вежливо выслушали его: «Я вот тут, Валентин Петрович, принес проектик, набросок, наметки для ближайшего номера «Правды». Просмотрите, пожалуйста, подправьте, пройдитесь, так сказать, рукой мастера и...».
И Вас не стошнило, не вырвало, не захотелось напиться до чертиков, завыть на луну — нет, взяли и прошлись, нет, даже не прошлись рукой мастера, а просто подмахнули. В буквальном и переносном смысле.
Вот это огорчило меня, дорогой Валентин Петрович. Писать-то Вы уже не можете... А может, в стол пишете? А? Для самых близких друзей? А потом, гляди, и в «Континент» и в «Русскую Мысль», рукопись придет. Под псевдонимом, конечно. Единственный способ реабилитироваться... Но т-с-с-... Это между нами.

«Радио Свобода», Париж,
передача «Писатели у микрофона».
Беседа Виктора Некрасова и Анатолия Гладилина
о книге Валентина Катаева «Алмазный мой венец»,
28 сентября 1978 г.



«Радио Свобода», Париж,
передача «Культура и политика».
Беседа Виктора Некрасова и Анатолия Гладилина
«Товарищ Катаев, есть ли в СССР цензура?»,
23 октября 1978 г.




2014—2018 © Международный интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
При полном или частичном использовании материалов ссылка на
www.nekrassov-viktor.com обязательна.
© Viсtor Kondyrev Фотоматериалы для проекта любезно переданы В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                                               
Flag Counter