ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
Письма
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Статьи о Викторе Некрасове и его творчестве

Светлана Бахарева

Светлана Юрьевна Бахарева (род. в Москве) — научный сотрудник, хранитель фонда фотографий и негативов Государственного литературного музея.

С 2009 по 2012 год работала экскурсоводом-переводчиком в Доме-музее А. П. Чехова, филиале Гослитмузея, с 2012 г. работает в фондах этого музея. Занимается атрибуцией, идентификацией, описью и обеспечением сохранности фондовых материалов, сфера научных исследований — работа с фотографиями, негативами и рукописями, русская и советская литература ХХ века, жизнь, творчество, родственное и дружеское окружение В. П. Некрасова.

Окончила Российский Государственный университет туризма и сервиса.

Владеет несколькими иностранными языками, что позволяет ей проводить научные исследования не только в России, но и за рубежом.

Проводит исследования, связанные с биографией Виктора Некрасова и родословной писателя.

Постоянный участник музейных конференций. Занималась научными исследованиями в Париже, Лозанне и Женеве, общаясь с пасынком В. П. Некрасова, литератором Виктором Кондыревым, сотрудниками Лозанского университета, совершала поездку по родным местам писателя и его семьи.

Принимает участие в создании Интернет-проекта «Виктор Некрасов».

Автор научных статей о В. П. Некрасове:

  • «Мотовиловы в Доме-комоде»: из истории семьи В. П. Некрасова» (2013);

  • «Тайны семейного альбома Мотовиловых» (2014).


  • Обложка сборникаТитульный лист

    Мотовиловы в «доме-комоде»:
    из истории семьи В. П. Некрасова

    В октябре 2012 г. в фонды Государственного Литературного музея поступил колоссальный архив В. П. Некрасова, который был передан музею из Парижа Виктором Кондыревым, литератором, пасынком писателя. Особую ценность представляют семейные альбомы начала XX в. и фотографии родственного и дружеского окружения семьи.

    Совместно с Виктором Кондыревым были проведены научные исследования, в результате которых стали известны интересные факты семейной истории, в частности — то, что два писателя заочно «познакомились» в доме Чехова на Садовой-Кудринской, где жила 4 года чеховская семья.

    «Живу в Кудрине, против 4<-й> женской гимназии, в доме Корнеева, похожем на комод. Цвет дома либеральный, то есть красный,»1, — эти слова классика могли бы повторить родственники Некрасова, не раз гостившие в этом доме.

    «Молодость беспечна. Интересуется больше настоящим и будущим. К прошлому более или менее равнодушна. Равнодушен был и я. Теперь локти кусаю… Альбомы показывались друзьям, те с интересом расспрашивали, кто да кто, мне же это было, как теперь говорят, "до лампочки"» — признавался в своей повести «По обе стороны стены»2 В. П. Некрасов.



    Виктор Некрасов. Киев, 1946.
    ГЛМ


    Знаменитый автор «В окопах Сталинграда», лауреат Сталинской премии, участник Великой Отечественной войны является потомком древнего российского аристократического рода Мотовиловых, правнуком шведского барона, российского подданного, генерала Антона Вильгельма фон Эрна, венецианских дворян Флориани и дальним родственником А. А. Ахматовой со стороны матери, Некрасовой (урожденной Мотовиловой) Зинаиды Николаевны. Отец его, Некрасов Платон Феодосиевич, был почетным потомственным гражданином Петропавловска.

    Виктор Платонович так описывает фотографии прабабушек из старинного семейного альбома: «…Луиза и Валерия Францевны Флориани. Обе итальянки. Из Венеции. Каким ветром их занесло в Россию?»3. Попробуем ответить на этот вопрос.

    В начале XIX в. обедневший венецианский дворянин Франческо Флориани приехал в Россию и поступил на медицинский факультет Виленского университета. В 1825 г. он был утвержден в звании придворного лекаря. Очевидно, именно трудное материальное положение заставило дворянина получать профессию лекаря.

    В. Л. Кондырев предоставил отсканированный вариант уникального исторического документа — медицинского диплома Франческо Флориани, развеяв все сомнения относительно того, что он бесследно исчез в советское время.

    «Судьба диплома Ф. Флориани до сих пор остается неизвестной: после смерти С. Н. Мотовиловой он оказался у племянника, а при отъезде последнего за границу этот диплом не был пропущен туда же — типа, большая культурная ценность!» — пишет в своем очерке «Мотовиловы: от Тимофея Мотовила»4 М. И. Классон, их потомок. Но В. П. Некрасову все же удалось вывезти диплом с собой в эмиграцию. Перед нами тот самый диплом с гербовой сургучовой печатью, принадлежавший Франческо Флориани и выданный ему знаменитым польским медиком, хирургом, общественным и политическим деятелем, ректором Виленского университета, Вацлавом Вацлавичем Пеликаном в 1825 г.



    Диплом придворного лекаря Франческо Флориани. 1825.
    Из семейного архива В. Л. Кондырева


    Тетя писателя, Софья Николаевна Мотовилова, вспоминает: «Жена его [Франца Флориани] была швейцарка, но рано умерла <...> Он приехал в Россию в качестве домашнего врача с каким-то русским помещиком, и привёз с собой пять дочерей: grande tante Emilie, бабушку мою Валерию Францевну, grande tante Xaverine, бабушку нашу общую с Вами Луизу Францевну и Матильду, но она вскоре уехала за границу. Две более красивые вышли замуж за русских помещиков, а две другие до конца жизни остались учительницами французского языка. Tante Emilie жила в Харькове, а tante Xaverine — в Петербурге»5.

    Это свидетельство требует уточнения: его дочери, как следует из документов, родились в Вильне, входившей в состав российской империи.

    В 1825 г. у Франческо Флориани, недавно получившего диплом, родилась дочь Валерия, а несколько лет спустя — дочери Эмилия, Ксаверия, Луиза и Матильда. Таким образом становится ясно, что Франц Флориани не мог привезти с собой дочерей из–за границы, так как родились они в России (Вильна, ныне Вильнюс, входила в состав Российской империи с 1795 по 1915 г.).

    Отец умер, когда младшие дочери были совсем еще детьми. Тогда двое старших сестёр, Валерия и Эмилия, поступили в гувернантки, чтобы дать хорошее образование младшим.

    Валерия вышла замуж за российского подданного, генерала, шведского барона Антона Вильгельма фон Эрна (Эрн (Орн) по шведски «орёл»), и родила ему двоих детей: Алину (бабушку В. П. Некрасова) и Николая. Барону принадлежали земли в селе Зуевцы и хуторе Солоновщино Миргородского уезда Полтавской губернии.


    Антон Вильгельм фон Эрн.
    [Полтава], 1860-е. ГЛМ

    Валерия Францевна Флориани.
    [Полтава], 1860-е. ГЛМ



    Слева направо: А. А. Мотовилова (фон Эрн)
    с матерью В. Л. Флориани (фон Эрн)
    и братом Н. А. фон Эрном.
    Санкт-Петербург, 15 апреля 1874 г.
    Фотография Ю. Штейнберга. ГЛМ

    Баронесса Алина фон Эрн —
    выпускница Смольного института.
    Санкт-Петербург, 15 апреля 1874 г.
    Фотография Ю. Штейнберга. ГЛМ



    На одной из фотографий семейного архива мы видим Валерию Францевну с детьми Алиной и Николаем, а на второй — Алину фон Эрн, красивую девушку «в белом кружевном платье с медальоном на шее и зачёсанными назад волосами, с длинными буклями сзади»6, как вспоминал в цикле «Маленькие портреты» о своей бабушке В. П. Некрасов. Фотографии сделаны 15 апреля 1874 г. Точную дату снимка помогла установить фотография высочайшей особы из того же альбома.


    Фотография императора Александра II
    с автографом Алины фон Эрн на обороте.
    Санкт-Петербург, 1874.
    Фотография Левицкого. ГЛМ

    На оборотной стороне фотографии:
    автограф Алины фон Эрн




    Это портрет государя Императора Александра II, который бережно хранила в своем альбоме бабушка В. П. Некрасова. На обороте в верхнем правом углу — надпись, сделанная ее рукой: «15 апреля 1874 г.» — день, когда император Александр II открыл торжественный бал в Смольном. В книге Н. П. Черепанина «Императорское воспитательное общество благородных девиц» имя Алины фон Эрн числится в 42-м выпуске 1874 г.

    «Думаю, что именно её взгляд и улыбка покорили некоего господина с бакенбардами, который на балу в Смольном пригласил Алину Эрн на первую мазурку. Этим господином с бакенбардами был самодержец всероссийский император Александр II.

    Вот так моя бабушка начала свой жизненный путь — папа с Анной на шее, институт благородных девиц, трогательные розы в белой рамочке, мазурка с царём…
    » — писал о своей бабушке в книге «Маленькие портреты»7. В. П. Некрасов.

    Фотография была подарена юной Алине самим императором Александром II, заняв особое место в семейном альбоме.

    А теперь вернемся к младшей дочери Франческо Флориани, Луизе. Она стала женой русского помещика из Симбирска, корнета в отставке, Ивана Егоровича Мотовилова. Мотовиловым принадлежали два больших имения, расположенных в Симбирской губернии: Русская Цыльна и Мокрая Бугурна.


    Иван Егорович Мотовилов.
    Симбирск, 1870-е. ГЛМ


    Л. Ф. Мотовилова (Флориани).
    Санкт-Петербург, 1870-е.
    Фотография М. Кадиссона. ГЛМ


    История их знакомства известна из рассказа С. Н. Мотовиловой, внучки Ивана Егоровича. Однажды, проигравшись в карты и потеряв за долги имение, Мотовилов решил оставить все земное и уйти в монастырь. Перед этим он отправился попрощаться с любимой сестрой, предположительно, Анной Ивановной Стоговой. Ее семья жила в Киеве, а гувернанткой у них служила дочка лекаря, Луиза Флориани. Иван Егорович влюбился в очаровательную итальянку и сделал ей предложение. В скором времени они обвенчались, у них родилось 15 детей, среди которых был дедушка В. П. Некрасова, муж Алины фон Эрн, Николай Иванович Мотовилов.
    В 1877 г. Николай Мотовилов женился на своей кузине Алине. В этом браке было трое детей: Зинаида (будущая мать В. П. Некрасова), Софья и Вера.
    В отделе рукописей РГБ хранится такое письмо, написанное в 1877 г. Н. И. Мотовиловым своей невесте, А. А. фон Эрн:
    «Дорогая кузина моя, Алина Антоновна!
    Согласны ли Вы сделаться моей женой? Ни роскоши, ни высокого положения общественного не могу Вам дать в случае Вашего согласия. Взамен этого: непритворное, искреннее чувство глубокого к Вам расположения, известное материальное обеспечение, которое даст нам возможность жить, не рискуя помереть с голоду. Если Вы согласны, то не найдете ли удобным передать о моёем предложении тетушке. Во всяком случае, пишите мне в Харьков, так как я на днях буду там: хочу поступить в тамошний Ветеринарный институт. Коли Вы письменно изъявите согласие, то я приеду к Вам. Жду ответа с нетерпением. Целую вас крепко (хотя бы по праву кузена). <...> Затем скажу Вам, что Вы славная, хорошая натура, честная в высшей степени и что я Вас за всё люблю; мне, кажется, мы с Вами не только уживёмся, но, пожалуй, и будем счастливы. Но жить придется нам довольно скромно, чтобы не сказать больше. Это потому что мне не хочется вполне пользоваться добротою безграничной моих родителей, хоть они для моего счастья готовы на всё; хорошие люди, они меня любят. <...> Целую Вас, милая, дорогая моя кузиночка; в случае Вашего согласия, как жених; в противном случае как кузен. Любящий Вас как самого себя.
    Искренне любящий Вас
    Николай Мотовилов
    1877 г. Июля 4. Самара
    »8.

    «Вот так сто лет тому назад делали предложения. И ждали письменного согласия в ответ на непритворное чувство глубокого расположения. Насколько мне известно, бабушка с дедушкой жили дружно, с голоду не помирали в каких-то симбирских поместьях, и только после дедушкиной смерти (умер он молодым, тридцати с чем-то лет, от туберкулеза) бабушка с тремя дочерьми уехала в Швейцарию. Не эмигрировала, а уехала, дав дворнику три рубля, чтоб он принес заграничные паспорта», — так комментирует письмо своего дедушки к бабушке Виктор Некрасов9.


    Н. И. Мотовилов. Симбирск, 1870-е.
    Фотография Фельзера. ГЛМ


    А. А. Мотовилова (фон Эрн).
    Санкт-Петербург, 1870-е.
    Фотография Леон. ГЛМ




    Слева направо: Софья, Зинаида и Вера Мотовиловы.
    Лозанна, 1894.
    Фотография Oswald Welti. ГЛМ


    Рассказывая о семейных связях с семьей Мотовиловых, М. Классон приводит такие строки С. Н. Мотовиловой: «Мама <…> была в Москве у своей [институтской] подруги Екатерины Капканщиковой, [жены купца-миллионера], мы жили на Кудринской-Садовой во флигеле, против 4-й гимназии»10.



    Почтовая открытка.
    4-я женская гимназия.
    Москва, вторая половина XIX в.


    Таким образом, речь идет о том самом особняке, который стоит на Садовом кольце, т.е., о «доме-комоде», как называл его Чехов. Напротив дома и сейчас стоит трёхэтажное здание — бывшая 4-я женская гимназия, построенная в 1887 г. В нее в конце 1890-х гг. по возвращении из Лозанны пыталась поступить С. Н. Мотовилова, однако, не выдержала экзаменационные испытания.



    «Дом-Комод».
    Москва, начало 1900-х. ГЛМ


    С большой долей вероятности можно предположить, что близость к центру стала еще одной из причин, по которой Алина Антоновна выбрала по приезде в Москву именно этот дом. Софья Николаевна в своих воспоминаниях ни слова не говорит о том, что они жили в «доме Чехова». Вероятно, о пребывании в этом здании семьи классика Мотовиловым известно не было.

    Здесь хочется сделать небольшое отступление о том, что удалось узнать о владельцах дома на Садовой-Кудринской.

    В справочнике «Алфавитный указатель адресов жителей г. Москвы и ея пригородов»11 за 1917 г. хозяевами Дома на Садовой-Кудринской числились почётные потомственные граждане Москвы купцы–миллионеры Капканщиковы: Екатерина Аполлоновна, ее муж, Борис Петрович и свекор Пётр Карпович. Им принадлежали также несколько домов по этой улице.

    Екатерина Капканщикова не раз приглашала подругу-«смолянку» Алину в свой дом — в конце 1890-х, когда она только стала его хозяйкой, и в начале 1900-х. В разное время там бывали мама и тёти В. П. Некрасова — Зинаида, Софья и Вера.

    В архиве есть несколько снимков, на которых, предположительно, запечатлена Е. А. Капканщикова. На одном из них — симбирском — она снята вместе со своими подругами. Другой — фотопортрет, сделанный в Киеве, — Алина Антоновна хранила в своем альбоме.


    А. А. Мотовилова (фон Эрн) (в центре)
    с подругами-«смолянками» Е. Ланской (слева)
    и Е. А. Капканщиковой (справа).
    Симбирск, 1880-е.
    Фотография Ф. А. Каганина. ГЛМ


    Е. А. Капканщикова. Киев, 1880-е.
    Фотография Владимира Высоцкого. ГЛМ






    Где бывали Мотовиловы, когда гостили у Капканщиковых в Москве? Кого навещали? В. П. Некрасов вспоминает:
    «С кислым видом выполнял я в юные годы бабушкино поручение посетить в Москве ее подругу Елизавету Николаевну. А старушка эта была старой революционеркой, Е. Н. Ковальской, народоволкой, политкаторжанкой, хорошо знала Веру Засулич. Бог ты мой, сколько интересного она могла бы мне рассказать, прояви я малейшее любопытство»12.
    По роковому стечению обстоятельств, народоволка Елизавета Ковальская была одной из тех, кто готовил покушение на «…господина с бакенбардами, который на балу в Смольном пригласил Алину Эрн на первую мазурку» — Александра II.
    Тётя Некрасова не раз вспоминала о том, что все они, Мотовиловы, поддерживали связь с революционерами, особенно активное участие в этом принимали Алина Антоновна и сама Софья Николаевна. Бабушка Некрасова перевозила запретную литературу, брошюры и листовки из Швейцарии в Россию, рискуя быть арестованной.



    Е. Н. Ковальская (Солнцева).
    Москва, 1930-е. ГЛМ


    Некоторое время на Тверском бульваре проживала переехавшая из Русской Цыльны Симбирской губернии в Москву Александра Яковлевна Анатомова. Молодая девушка, дочь цыльнинского дьякона, была заботливой воспитательницей Коли Некрасова, а спустя некоторое время вместе с Колей крестила его младшего брата — Вику.



    Коля Некрасов с бонной А. Я. Анатомовой.
    [Москва, 1909-1910-е]. ГЛМ


    Три фотографии сделаны в фотоателье Бродовского, находившегося в доме Хомякова, на пересечении Петровки и Кузнецкого моста. Дом был построен в 1900 году архитектором И. А. Ивановым-Шицем и является редким сохранившимся памятником, выполненным в Москве в стилистике венского модерна. Мотовиловы не раз фотографировались здесь.


    А. А. Мотовилова (фон Эрн).
    Москва, 1898.
    Фотография Р. Бродовского. ГЛМ

    З. Н. Некрасова (Мотовилова).
    Москва, 1898.
    Фотография Р. Бродовского. ГЛМ




    С. Н. Мотовилова.
    Москва, 1898.
    Фотография Р. Бродовского. ГЛМ





    Почтовая открытка.
    Фотоателье Р. Бродовского
    в доходном доме Хомякова.
    Москва, вторая половина XIX вв.


    После смерти супруга в 1891 г., Алина Антоновна решила сменить обстановку и на некоторое время уехать с дочерьми в Швейцарию, где собиралась дать детям хорошее образование. Мотовиловы приехали в Лозанну и сняли жилье в самом центре города; Зинаида, Софья и Вера учились в женском пансионе.
    Софья Николаевна вспоминает: «В Швейцарию мы приехали осенью 1891 года. Этот год мы жили в пансионе. <...> Итак, в Лозанну мы приехали осенью 1891 года. Мне было десять лет, а уехали мы оттуда в 1895-м. <...> После Швейцарии мы жили в Москве <…> Пока мы устраивались в Москве, моя сестра, Вера, жила у тети Сони»13.



    Зинаида, Софья и Вера Мотовиловы
    в группе воспитанниц Лозаннского женского пансиона.
    Лозанна, 1890-е. ГЛМ


    Позже, после возвращения в Россию, и Алина Антоновна, и три её дочери периодически ездили в Лозанну. Сёстры поступили в Лозаннский университет: старшая — в медицинскую школу, средняя — на геологический факультет.


    С. Н. Мотовилова. Лозанна, 1894.
    Фотография Ossent Portner. ГЛМ


    З. Н. Некрасова (Мотовилова).
    Лозанна, 1894.
    Фотография Ossent Portner. ГЛМ


    Для следующих двух снимков сёстры Мотовиловы — полурусские, на четверть шведки и на четверть итальянки фотографировались в национальных украинских костюмах. Напомним, что их бабушке, Валерии Францевне, принадлежали земли в Полтавской губернии, соответственно, и они были полтавскими помещицами.

    Когда Зинаида, Софья и Вера были еще детьми, Алина Антоновна с родственниками и друзьями устраивали долгие прогулки, походы в горы, посещали водопады, объездили практически всю Швейцарию, и не раз отдыхали в пансионате в Бераллазе, который находился в кантоне Во.

    «Мама любила Швейцарию. Знала ее, — вспоминал Некрасов. — Ходила в горы, рвала эдельвейсы, а это не так просто, они обычно в самых недоступных местах. Ездила, как видим, на велосипеде в Женеву. Любила вспоминать ее14

    Училась она в Лозанне у известного швейцарского хирурга и педагога, профессора Сезара Ру, который в 1887 г. был назначен хирургом кантональной больницы.



    Профессор Сезар Ру.
    Лозанна, первая половина 1900-х. ГЛМ


    Путешествие в Лозанну в конце июня 2013 г. с посещением Лозаннского университета помогло собрать недостающие фрагменты этой мозаики.

    Лозаннский университет UNIL, некогда располагавшийся в центре города, во дворце аристократа, выходца из России, Габриэля Рюмина, уже несколько десятков лет находится в пригороде Дориньи.

    Студенческий городок состоит из 10 факультетов, научно-исследовательского центра и общежития. Один из сотрудников этого центра, магистр юриспруденции, господин Сантос, отвез меня в центр города и показал старинные постройки, относившиеся к медицинскому факультету.

    На улице Сезара Ру мы увидели полукруглое здание публично-правового фонда «Bibliomedia Suisse» и сделали снимки.

    Перед нами две фотографии. На первой — здание публично-правового фонда развития библиотек и содействия чтению.



    Публично-правовой фонд «Bibliomedia Suisse».
    Лозанна, июнь 2013.
    Фотография С. Ю. Бахаревой





    Почтовая карточка 1902 г.
    Медицинская школа Лозаннского университета. 1902.
    Фотография Corbaz et Cie


    На ней мы видим здание Медицинской школы или медицинского факультета Лозаннского университета. Первоначально в здании, построенном в 1848 г., располагалась кантональная таможня, и лишь в 1887 г. оно было перестроено для медицинской школы Лозаннского университета. На одной из фотографий юная Зинаида снята вместе со своими однокурсниками в учебном классе медицинской школы на улице Сезара Ру, 34.



    З. Н. Некрасова (Мотовилова) (первая справа) c однокурсниками.
    Медицинская школа Лозаннского университета.
    Лозанна, 1903-1904 гг. ГЛМ





    Один из корпусов университетской поликлиники кантона Во.
    Лозанна, июнь 2013. Фотография С. Ю. Бахаревой





    Университетская поликлиника кантона Во (бывший госпиталь).
    Главный корпус. 2010-е


    Студенткой медицинской школы Лозаннского университета Зинаида стала еще до замужества, т.е., до 1901 г.

    Родители будущего писателя познакомились в 1899 г. в Лейпциге, а обвенчались 25 мая 1901 г.:

    «<...> сего тысяча девятьсот первого года Мая месяца двадцать пятого дня протоиереем означенной церкви Николаем Апраксиным с псаломщиком Евгением Швидченко повенчаны были: потомственный почетный гражданин из г. Петропавловска Акмолинской области Платон Феодосиевич Некрасов, 24 лет, первым браком, и дворянка из Симбирской губернии — девица Зинаида Николаевна Мотовилова, 21 года, оба православного вероисповедания. Поручителями были: по женихе дворянин Владимир Валерианович Рюмин, а по невесте сын надворного советника Петр Павлович Брюханов (копия за 1 сентября 1901 г., заверенная подписью и печатью нотариуса Константина Геркулесова в Петропавловске)» (из метрической книги Крестовоздвиженской православной русской церкви в г. Женеве)15.



    Молодожены П. Ф. Некрасов и З. Н. Некрасова.
    Лозанна, 1901.
    Фотография L. Schmid. ГЛМ


    В составе некрасовского архива находились письма Платона Феодосиевича Некрасова к супруге Зинаиде Николаевне. Из них становится ясно, что некоторое время родители В. П. Некрасова жили в Лозанне, переезжая оттуда то в Петербург, то в Петропавловск. В 1902 г. в Лозанне у супругов родился первенец – Николай, а через девять лет в Киеве – будущий писатель Виктор Некрасов. Вскоре после рождения Николая Платон Феодосиевич уехал работать в родной Петропавловск, а его супруга решила завершить обучение на медицинском факультете и вернулась в Лозанну.


    Николай Некрасов.
    Лозанна, 1909.
    Фотография Francis de Jongh. ГЛМ


    Виктор Некрасов.
    Лозанна, [1914 г.].
    Фотография Francis de Jongh. ГЛМ



    «…Если ты скоро приедешь, я тебе дам полную возможность отдохнуть: буду с заботой ухаживать за Котькой, спать с ним, а ты отсыпаться, приходить в себя»16.

    «А, право, мы, должно быть, месяца через 3 свидимся. Если тебе нельзя будет приехать, я настоятельно буду просить отпуск месяца на 2, поживу с вами 2 1/2, а то и 3, т.к. всегда можно получить некую отсрочку. Сердце так и колотится при мысли, что предвидится возможность, сравнительно, скорого свидания.» — писал П. Ф. Некрасов супруге уже в апреле 1904 г.17.

    Где жила с 1908 по 1911 г. З. Н. Мотовилова?

    Записи справочника «Киевский календарь» за этот период показали, что З. Н. Некрасова стала заниматься частной практикой только с конца 1910–начала 1911 г., так как ее имя значилось в списке киевских врачей. Оказалось, что Мотовиловы жили в Киеве еще до революции. Окончив в 1906 г. медицинскую школу Лозаннского университета, Некрасова два года практиковала в Лозанне, затем в 1908 г. приехала в Киев, уехала оттуда в Харьков, подтвердила свой диплом и снова вернулась в Лозанну. В конце 1910 г. она вернулась в Киев на Большую Владимирскую, где и родился В. П. Некрасов, но, едва научившись ходить, маленький Вика вновь оказался за границей, на этот раз — в Париже, где его мама работала врачом в военном госпитале.

    Как оказалось, к Лозанне Виктор Платонович был равнодушен; родными городами для него стали Киев и Париж. Самые теплые и радостные воспоминания связаны у писателя именно с ними. В любви к родному Киеву автор признается даже на страницах своей знаменитой повести «В окопах Сталинграда»: «Милый, милый Киев!.. Как соскучился я по твоим широким улицам, по твоим каштанам, по желтому кирпичу твоих домов, темно-красным колоннам университета. Как я люблю твои откосы днепровские!»18. Не мог он не любить и Италию, так как сам происходил из старинного итальянского рода.

    Работа с архивом Виктора Некрасова началась совсем недавно и принесла неожиданные открытия. Будущие исследования раскроют новые страницы биографии писателя19.



    В. П. Некрасов, Киев, 1970-е.
    Фотография Б. Н. Стукалова. ГЛМ


    ПРИМЕЧАНИЯ



    1 Чехов А. П. Полное собрание сочинений и писем. в 30 т. Т. 2. С. 122.

    2 Некрасов В.П. «По обе стороны стены». Повесть, рассказы. Изд-во: Effect Publishing Inc., New York, 1984.

    3 Там же.

    4 Классон М. И. Мотовиловы: от Тимофея Мотовила.

    5 Там же.

    6 Некрасов В. П. Указ. соч.

    7 Там же.

    8 НИОР РГБ. Ф. 786. Письмо от 7 июля 1877 г. из Ряжска по дороге в Харьков.

    9 Некрасов В. П. Указ. соч.

    10 Классон М. И. Софья Мотовилова: «Семейная связь».

    11 Алфавитный указатель адресов жителей г. Москвы и ее пригородов. М.: Вся Москва, 1917, С. 247.

    12 Некрасов В. П. Указ. соч.

    13 Классон М. И. Софья Мотовилова: «Семейная связь».

    14 Некрасов В. П. Указ. соч.

    15 Классон М. И. Софья Мотовилова: «Семейная связь».

    16 ОРФ ГЛМ. Из письма П. Ф. Некрасова к З. Н. Некрасовой (Мотовиловой), 03.09.1903 г.

    17 ОРФ ГЛМ. Из письма П. Ф. Некрасова к З. Н. Некрасовой (Мотовиловой), апрель 1904 г.

    18 Некрасов В. П. В окопах Сталинграда. М.: Художественная литература, 1990. С. 19.

    19 В статье использованы материалы из семейного архива Виктора Некрасова.

    2013



  • Семья и родственники Виктора Некрасова

  • Светлана Бахарева «Тайны семейного альбома Мотовиловых»


  • 2014-2017 © Интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов
    ссылка на www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    Фотоматериалы для проекта любезно переданы
    В.Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                
    Система Orphus

    Flag Counter