ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
«Радио Свобода»
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Видеоканал
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Круг друзей и знакомых Виктора Некрасова — Москва

Владимир Тендряков

Тендряков Владимир Фёдорович (5 декабря 1923, д. Макаровская, Вологодская губерния — 3 августа 1984, Москва) — писатель, автор остроконфликтных повестей о духовно-нравственных проблемах современной ему жизни, острых проблемах советского общества, о жизни в деревне. Друг Виктора Некрасова.

В ноябре 1941 года был призван в РККА и направлен на фронт, в 1942 году был ранен под Харьковом и демобилизован. Обосновался в Кировской области, работал школьным учителем (преподавал военное дело), затем был секретарём Подосиновского райкома комсомола.

В 1945 году переехал в Москву. В 1946 году поступил во ВГИК на художественный факультет, но уже через год перешёл в Литературный институт им. А. М. Горького, который окончил в 1951 году. Учился в семинаре К. Г. Паустовского.

В студенческие годы начинает писать рассказы, некоторые из которых были опубликованы в период с 1948 по 1953 год в журнале «Огонёк».

С 1955 года стал профессиональным писателем, полностью отдавшись литературному труду.



Сочинения:
  • Падение Ивана Чупрова (1953) — повесть;
  • Среди лесов (1953) — повесть;
  • Ненастье (1954) — повесть;
  • Не ко двору (1954) — повесть;
  • Тугой узел (1956) — роман;
  • Ухабы (1956) — повесть;
  • Чудотворная (1958) — повесть;
  • За бегущим днём (1959) — роман;
  • Суд (1960) — повесть;
  • Тройка, семёрка, туз (1961) — повесть;
  • Чрезвычайное (1961) — повесть;
  • Короткое замыкание (1962) — повесть;
  • Белый флаг (1962, совместно с К. Икрамовым) — пьеса;
  • Путешествие длиной в век (1964) — фантастическая повесть;
  • Свидание с Нефертити (1964) — роман;
  • Находка (1965) — повесть;
  • Подёнка — век короткий (1965);
  • Кончина (1968);
  • Апостольская командировка (1969) — повесть;
  • Донна Анна (1969, опубликован в 1988) — рассказ;
  • Хлеб для собаки (1969) — повесть;
  • Охота (1971, опубликован в 1988) — рассказ;
  • Шестьдесят свечей (1972) — повесть;
  • Весенние перевёртыши (1973);
  • Совет да любовь (1973) — пьеса;
  • Три мешка сорной пшеницы (1973);
  • Ночь после выпуска (1974) — повесть;
  • На блаженном острове коммунизма (1974, опубликовано в 1988);
  • Люди или нелюди (1975-1976, опубликовано в журнале «Дружба народов», 1989, № 2);
  • Затмение (1977) — повесть;
  • Расплата (1979) — повесть;
  • Покушение на миражи (1979—1982, опубликован в 1987) — роман;
  • Чистые воды Китежа (впервые опубликована в 1986) — повесть.

  • Дружеский шарж Виктора Некрасова
    на Владимира Тендрякова



    Дружеский шарж Виктора Некрасова на Владимира Тендрякова, Малеевка, 1960


    Константин Ваншенкин

    Владимир Тендряков и Виктор Некрасов

    «Радуга» (Киев), 2005, №№ 5—6, стр. 115—117

    1

    Зимним вечером пятьдесят пятого у меня дома, на Арбате, познакомились Владимир Тендряков и Виктор Некрасов. Телефона у нас не было, и Володя заглянул вечером наугад, гуляя, — он жил поблизости, в Хлебном переулке. Не прошло и получаса, как открывается дверь и заявляется Вика, — тоже по дороге.
    Сели ужинать.
    Они сразу очень понравились друг другу. Некрасов читал недавно повесть Тендрякова «Не ко двору» и сейчас шумно восхищался ею. Я и не заметил, как они уже стали на «ты», — Некрасов переходил в это качество с удивительной, вообще свойственной ему естественностью. Вид он всегда имел несколько приблатненный — низко распахнутый ворот рубашки — даже в мороз, — но человеком был по-настоящему образованным, интеллигентным. Он был старше Тендрякова на двенадцать лет, меня — на четырнадцать, что однако совершенно не ощущалось.
    — Виктор, — спросил его Тендряк, — ты с какого года?
    — Володя! — Некрасов строго поднял палец. — Никогда так не говори! Это все равно, что спросить: сколько время?.. Даже хуже. Ты понял?
    — А как же нужно?
    — Ты какого года? Без «с»!.. Тебе сколько лет?.. Ты в каком году родился?.. Вариантов много. Запомни это.
    Я тоже запомнил. И всем советую. Но вот недавно читаю в солидной газете статью известного литературоведа и философа. И что же? Речь идет о «шестидесятниках», об обширности этого образования: «Это и Юрий Любимов (родившийся в семнадцатом), и Олег Чухонцев (он — с тридцать восьмого), и я — по возрасту ровно посредине».
    «С тридцать восьмого
    ». Не было на него Виктора Некрасова.

    2

    Тендряков и Некрасов. Что их сблизило? Непохожесть? Взаимная дополняемость? Ничего подобного. В них как раз было много общего, — не внешне, конечно, — в окающем парне из вологодской деревни и в слегка нарочито, по-южному, тянущему слова до предела демократичном интеллигенте.
    В них были главные общие черты — смелость, естественность, независимость. И еще, они оба были непосредственны, экспансивны. А Володя и нервен, вспыльчив. Я с ним вместе учился. Некрасова же узнал за восемь месяцев до этого, но казалось, что тоже давно.
    Они потом, разумеется, многократно встречались и не раз еще, как у нас говорят, совпадали в писательском подмосковном доме, в Малеевке. Иногда бывал вместе с ними и я.
    Тендряков работал тогда исступленно, писал короткие повести — одна лучше другой. А Некрасов, как он сам утверждал, лентяйничал, предпочитая, главным образом, эпистолярный жанр. Но ведь мало ли что говорит о себе писатель! Судят о нем по другим признакам.
    Вика был там с матерью, Зинаидой Николаевной. Очень увлекался лыжами и немало в том преуспел. Люди, бывавшие с ним на юге, говорят, что он и прекрасно плавал, заплывал страшно далеко. Ничего удивительного — вырос на Днепре.
    А Володя писал дни напролет, только брызги летели.
    Вика напоминал ему каждый день:
    — Володя, ну когда мы себе что-нибудь позволим? Тот отвечал:
    — Погоди, погоди, вот закончу вещь... Наконец-то сказал как-то:
    — Приходи завтра за час до обеда.
    Некрасов постучался, вошел. Тендряков продолжал писать.
    — Володя, — начал Вика неуверенно.
    — Погоди, погоди, сейчас!
    Некрасов деликатно подошел к окну, посмотрел на сверкающий под солнцем зимний двор, дорожку, где прогуливались с кем-то об руку его мама, глянул на часы, хмыкнул и в нетерпении вернулся к Тендрякову. Тот не обращал на него внимания.
    Некрасов читал горячие, прямо из-под пера, слова:
    «Семен сжимал голову, готов был выть в один голос с Калинкой. Нет более тяжкого суда, чем суд своей совести». Тут Тендряков откинулся на спинку стула и сказал:
    — Все!
    Некрасов с облегчением поздравил его.
    Тендряков сложил рукопись, постучал ее ребром о стол, выравнивая страницы отложил в сторону и подождал с минуту. Затем Некрасов с ужасом увидел, как он взял чистый лист и вывел заглавие: «Тройка, семерка, туз».
    И пошел: «Сотни, а может, тысячи (кто считал!) речек, речонок и упрямых ручейков, протачиваясь сквозь прель опавшей листвы и хвои, прорывая путь в корневищах деревьев, несут из ржавых болот воду в эту большую реку. Потому-то вода в ней темна, отливает рыжей накипью».
    — Володя! — закричал Вика в отчаянье.
    — Пошли, пошли, — успокоил Володя, закрывая папку.
    Эту историю я слышал от Некрасова несколько раз. Конечно, здесь и нежность, и шутка, и преувеличение, но все в границах образа.

    Вениамин Смехов

    Отрывок из статьи «Турист с тросточкой»

    «Литературная газета», № 27, 1 июля 1998 г.

    <...>
    Облик и речь Виктора Некрасова — знаменитого Вики, как только вызовешь их на сцену театра памяти, немедленно влияют на твой собственный ритм, слово, тонус, пульс. Образ его собирается из двух контрастных половинок: элегантный, старой выучки интеллигент, художник, прозаик, франкофил, боевой офицер, автор лучшей книги о войне 1941—1945 гг., человек редкой гражданской отваги, в 60-х годах бросивший вызов всесильной компартии, испытавший преследования и обыски диссидент — это один портрет. Но веселый смутьян, матерщинник, выпивоха, нарушитель спокойствия, легкомысленный гуляка и «зевака» — совсем другой? Нет, тот же самый. Экзотическая птица в советском писательском парке: человек такой «опасной» независимости в речах и в манере поведения. Включаю свет, на моей сцене милые сердцу эпизоды встреч с прекрасным Викой. Июль 1971 года, подмосковный поселок на Пахре. Дача Владимира Тендрякова. Празднуется день рожденья Машеньки, дочери Наташи и Володи. Ей 6 лет. За вкусным столом сидят три ближайших друга Тендрякова: Камил Икрамов, Владимир Войнович и Виктор Некрасов. Обильная еда не помешала хорошо напиться хорошим писателям, Я не понял толком, отчего разгорячились в споре друзья, но Икрамов остался тверд и непреклонен, Войнович вне срока сел в «Запорожец» и уехал в город, а Некрасов с хозяином дома продолжали на повышенных тонах обсуждать свои материи. Я был только зрителем, поскольку был усердным читателем спорщиков. Что касается Войновича, то он в тот день был храним Богом, ибо его «Запорожец» сгоряча проехал по старому мостику через речку, не заметив запрета. Следовало совершить объезд, но водитель «Запорожца» в гневе на друзей промахнул и запрет, и сам разобранный мостик, состоявший всего из двух бревен... По ним он и пересек речку, не заметив, что сделался рекордсменом Гиннесса, каскадером Голливуда — словом, чудом остался жив. Событие это было отмечено по другую сторону моста — на даче в Пахре. Икрамов произнес тост за Войновича, Тендряков — за Некрасова, которому в июне стукнуло 60 лет, а я — за виновницу торжества: «Машеньке 6 лет, значит, она есть Некрасов — на старые деньги!» В то время все цены еще делили на десять после денежной реформы 1961 года.
    <...>

    <...>
    Дважды после тех гастролей я приезжал в Киев на киностудию и с концертами. В первый раз в одиночку посетил квартиру Галины и Виктора Некрасовых. В кабинете писателя — много фотографий и большая карта Парижа. Карта висела «из бескорыстной любви», она, конечно, не знала своего будущего. Через 5 лет мне привелось ее увидеть... в парижской квартире Гали и Вики. Среди фотографий я выделил две — Жана Габена и Иннокентия Смоктуновского. Последний начал свою кинокарьеру в роли Фарбера в фильме «Солдаты» по некрасовской книге. Прощаясь, Вика передал привет «мушкетерам», то есть Тендрякову, Войновичу, Икрамову... Порадовал тем, что вроде бы пошло в печать его «Избранное»...
    <...>

    Дарственная надпись Владимира Тендрякова
    на книге повестей и рассказов «Ухабы»
    для Виктора Некрасова



    Обложка книги повестей и рассказов Владимира Тендрякова «Ухабы»




    Разворот книги Владимира Тендрякова «Ухабы» с дарственной надписью для Виктора Некрасова.
    Из библиотеки Сергея Израйлевича




  • Виктор Некрасов «В. Тендрякову — 60 лет»

  • Виктор Некрасов «День седьмой» В. Тендрякова («Дружба народов», № 1, 1986)»


  • 2014—2018 © Международный интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов ссылка на
    www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    © Viсtor Kondyrev Фотоматериалы для проекта любезно переданы В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                                               
    Flag Counter