ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
Письма
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Переписка Виктора Некрасова

Письмо В. П. Некрасова к И. В. Сталину1

Альманах «Егупец» (Киев), № 20, 2011, стр. 293-295

Публикация Т. А. Рогозовской

15. ХІІ.1947

Дорогой Иосиф Виссарионович!

Я никогда не позволил бы себе обратиться к Вам с этим письмом, если бы не считал вопрос, затронутый в нем, принципиальным и требующим коренного и авторитетного разрешения2. Я написал пьесу – «Испытание»3, пьесу о людях, с которыми мы вместе воевали, а сейчас работаем и сталкиваемся каждый день, и людях, мешающих движению вперед.

Не мне, конечно, судить о художественных качествах этой пьесы, — я не сомневаюсь в том, что в ней есть много недостатков, – но эти художественные качества ни у кого сомнений не вызывают. Вызывает возражение то, что я представил в этой пьесе некоторых членов партии, которые право на хорошую жизнь, завоеванное народом, понимают, как право на хорошую жизнь для самих себя.
Пьеса запрещена реперткомом, запрещена безоговорочно. Мне это кажется ошибкой, тем более, что пьесу читали и одобряли люди, партийному чутью которых я вполне доверяю. Не вытекает ли возражение реперткома из боязни «как бы чего не вышло», из страха перед теми литературными произведениями, в которых выведены отрицательные, а не только положительные персонажи и явления? Но без критики того дурного, что еще встречается в нашей жизни, без противопоставления ему настоящего, правильного в достаточно ярком контрасте, советская литература не выполнит той задачи, которая перед ней поставлена партией. Мне кажется, что в решении реперткома проявляется неверие в силу партии, в ее способность справиться со всем чуждым и мешающим нашему делу.
Я еще раз прошу извинения, за то, что обращаюсь с этим письмом лично к Вам, но идейные вопросы, связанные с этой пьесой, для меня как писателя и коммуниста, так значительны, что не разрешив их, я не могу определить направление моей дальнейшей работы.

С искренним уважением,
В. П. Некрасов

(ОР РНБ,1505-620)

Отношение В. Некрасова к Сталину могло бы стать темой отдельного сюжета в писательской биографии. Когда появилась повесть «В окопах Сталинграда», критика растерялась, повесть была написана явно не в том ключе, к которому критика привыкла. В ней не было ничего о партии, о коммунизме, две строчки были о Сталине, и критика не знала, как к ней отнестись. «Но уникальность ситуации проявлялась не только в этом. В последнем из трёх номеров, где публиковалась повесть, оказалось напечатанным печально известное постановление ЦК ВКП(б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград»», в котором осуждалось творчество Зощенко и Ахматовой. Редакция журнала присовокупила к постановлению и публикации доклада Жданова с оскорбительными выпадами против этих художников, и собственную статью, в которой список провинившихся был значительно расширен. Таким образом, не вполне «благополучный», но всё-таки «допущенный» Некрасов оказался как бы противопоставленным остальным неблагонадёжным. Двойственность его положения заключалась в том, что, выдвинутый на получение Сталинской премии, он был вычеркнут из списка Фадеевым, но неожиданно оказался не только вновь включённым, но и награждённым. Вишневский сказал Некрасову, что это была воля Сталина.

С этого момента всё изменилось. Книга переиздавалась, оценивалась очень высоко и даже подавалась как пример соцреализма. Между тем сам Некрасов был далёк от такой трактовки, всячески избегал в книге каких бы то ни было политических клише и штампов. Ещё один неожиданный поворот в истории повести произошёл уже в 1962 г., при Хрущёве. Во время подготовки к изданию однотомника некрасовских произведений писателя обвинили в том, что в его произведениях содержаться «элементы культа личности Сталина» – даже в повести «В окопах Сталинграда»! И это на основании простых упоминаний имени вождя. От Некрасова потребовали изменения текста повести и изъятия всех мест, где упоминается Сталин. Парадоксальная ситуация – сначала критиков смутило, что Сталин упоминается один раз, а потом оказалось, что и этого единственного случая слишком много». (Е. В. Суровцева. Жанр «письма вождю» в советскую эпоху (1950-е–1980-е гг.). М., «Апро–ХХІ». 2010. С. 50).

_________________

1 Письмо публикуется по неподписанному второму машинописному экземпляру. Неизвестно, было ли оно отправлено.

2 «Воображаемый разговор» со Сталиным (по образу пушкинского «воображаемого разговора» с царем) см.: В. Некрасов, «Саперлипопет, или Если бы да кабы, да во рту росли грибы», гл. 22–26.

3 Пьеса «Испытание» впервые поставлена в 1949, в театре им. К.С. Станиславского, опубликована в киевском журнале «Радуга», 1970, № 8.




Иосиф Сталин.
Открытка, 1942.
Из архива Виктора Некрасова

Рисунок Виктора Некрасова.
Иосиф Сталин, карандаш, 17 х 28 см, 1946





  • Виктор Некрасов «Черты его характера (к 100-летию И. В. Сталина)»

  • Виктор Некрасов «Сталин и война»


  • 2014-2017 © Интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов
    ссылка на www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    Фотоматериалы для проекта любезно переданы
    В.Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                
    Система Orphus

    Flag Counter