Произведения Виктора Некрасова
«40 лет начала обороны Киева»
Статья для радиопередачи
Виктор Некрасов на «Радио Свобода» 17.08.1981 г.
читает статью «40 лет начала обороны Киева».
В настольном календаре на 1981 год, вышедшем в московском издательстве Политической литературы, я прочитал, что 40 лет тому назад, 11 июля 1941 года, началась героическая оборона Киева. Взявши тут же 12 том Большой Советской энциклопедии, я узнал, что в результате поражения Юго-Западного фронта потеряна была почти вся левобережная Украина. Но героическая оборона Киева сыграла важную роль в ходе войны.
На два месяца было задержано наступление немцев на главном московском направлении. Через 24 года после обороны, длившейся два месяца, Киев награжден был Золотой Звездой, и присвоено было ему звание Города-Героя. Я не сомневаюсь, что во время этой тяжелой двухмесячной обороны защитники города проявили и стойкость, и героизм.
Но сама-то операция, именуемая Киевской, можно ли ею гордиться, и по праву ли Киев стал вдруг Героем наравне с Одессой и Севастополем, городами, которые тоже, в конце концов, пали? Севастополь дважды после упорной борьбы переходил в руки врага. Во время Крымской кампании 1854-1855 годов и в октябре 41-го года. Но обе те действительно героические обороны вписали славные страницы в историю нашей Родины.
127 лет тому назад русские войска оставили северную сторону Севастополя и перешли на южную по приказу главнокомандующего Крыма Горчакова. Советские войска в 1941 году оставили город тоже по приказу Ставки Верховного Командования, и еще три дня, до 4 июля, оказывали сопротивление немцам в Херсонесе. Одесская операция 1941 года закончилась эвакуацией 86 тысяч защитников Одессы на Крымский полуостров тоже по приказу Ставки.
А Киев? Не знаю, но я ничего не читал про такой приказ, а в Большой Советской энциклопедии сказано, что 15 сентября первая немецкая танковая группа и 17-я армия соединились в районе Лохвицы и замкнули кольцо окружения вокруг киевской группировки советских войск 21, 5, 26 армий. 19 сентября советские войска оставили Киев и начали отход на восток. В связи с нарушением связи и управления выход из окружения происходил неорганизованно и привел к тяжелым потерям.
Так черным по белому написано в Большой Советской энциклопедии. В переводе на менее официальный язык операция закончилась паническим бегством. Но мы знаем, что не только потерями противника и захваченной территорией определяется победа.
Кутузов под Бородино оставил на поле брани почти половину своей армии, около 60 тысяч, и начал отход к Москве. И все же - это была победа. В свой черед Наполеон, когда ему доложили про чудовищные потери, понял, хотя во всеуслышание провозгласил Бородинское сражение тоже своей победой, что если Лоди или Риволи, Маренго или Аустерлиц, Фридланд или Ваграм можно назвать настоящими победами, то для Бородина надо придумать какое-то другое определение.
Киевская операция 1941 года закончилась полным поражением. Пленными немцы захватили почти полностью три армии, пятую, тридцать седьмую и двадцать шестую, шестьсот шестьдесят пять тысяч человек, и, кроме того, восемьсот восемьдесят четыре танка и три тысячи семьсот орудий. Это по немецким, возможно, и преувеличенным данным.
По советским сведениям, к началу сентября 1941 года, на довольствие состояло на Юго-Западном фронте шестьсот шестьдесят семь тысяч человек, из которых более ста пятидесяти тысяч вышли из окружения. Иными словами, даже по советским сведениям, потери в людском составе превышают полмиллиона. Командующий Юго-Западным фронтом генерал Кирпонос покончил самоубийством.
Подведем итог. Невеселый, скажем прямо. Хотя основной. Через четыре года - красный флаг над Рейхстагом.
Но, кроме того, двадцать миллионов погибших. Цифра, которую советское правительство любит тыкать в глаза своим бывшим союзникам. И зря тычет.
Основная масса наших потерь приходится на первый год войны. И киевское окружение, называют его еще и Бориспольским или Лохвицким, одно из самых страшных звеньев этой трагедии. И трагедии страшной.
Четыре года подряд, до самого начала войны, Сталин упорно и старательно уничтожал цвет советской армии. Вряд ли надо перечислять фамилии, они всем известны. А сколько погибло безвестных, начиная от командиров дивизий до командиров батальонов.
А война была уже на пороге. Еще в 1936 году маршал Тухачевский на второй сессии ЦИК СССР публично предостерегал: Германия готовится к внезапному нападению, немецкая армия готова к сокрушительному молниеносному удару, и немцы начнут войну первыми, чтобы обеспечить неожиданность наступления. Тухачевского не послушали.
Через год расстреляли. В результате этой сталинской, мягко выражаясь, чистки, ко дню так называемого вероломного нападения, только 7% офицеров Красной Армии имели высшее образование, а 37% не имели даже полного среднего образования. 75% командиров занимали свои должности менее одного года.
К чему же это все привело? Не могло не привести. А к тому, что против таких квалифицированных профессионалов военного искусства, как генерал-фельдмаршал фон Рунштедт и генерал Гудериан, выдвинут был полуграмотный, хотя и маршал, Буденный, про которого тот же фон Рунштедт сказал: «Усы громадные, а мозгов чуть-чуть». Правда, через день после прорыва немцев к линии укрепления вдоль реки Ирпень, героя гражданской войны заменили другим героем, тоже маршалом, Тимошенко.
Но было уже поздно. Немцы вошли в Киев. Вспоминая, как моя мать нарочито бодрым голосом говорила мне по телефону из осажденного Киева в Ростов, где я тогда работал: «А у нас тут в цирке труппа лилипутов выступает с программой «Киев был, есть и будет советским».
Что ж, лилипуты не ошиблись. Киев и раньше, и во время лилипутских выступлений был советским. А с ноября 1943 года опять стал советским.
Но где-то посередине, в течение 25 месяцев, был под оккупацией. Думаю, что это не вина солдат, которые обороняли Киев.