ГлавнаяСофья МотовиловаВиктор КондыревБлагодарностиКонтакты
`


Биография
Адреса
Хроника жизни
Семья
Произведения
Библиография
1941—1945
Бабий Яр
«Турист
с тросточкой»
Дом Турбиных
«Радио Свобода»
Письма
Документы
Фотографии
Рисунки
Экранизации
Инсценировки
Аудио
Видеоканал
Воспоминания
Круг друзей ВПН:
именной указатель
Похороны ВПН
Могила ВПН
Могилы близких
Память
Стихи о ВПН
Статьи о ВПН
Фильмы о ВПН
ВПН в изобр.
искусстве
ВПН с улыбкой
Баннеры

Воспоминания о Викторе Платоновиче Некрасове

Иннокентий Смоктуновский

Смоктуновский Иннокентий Михайлович (при рождении — Смоктунович; 28 марта 1925, деревня Татьяновка, Томская губерния — 3 августа 1994, Москва) — актёр театра и кино. Народный артист СССР (1974). Герой Социалистического Труда (1990). Лауреат Ленинской премии (1965).

Участник Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., участвовал в сражении на Курской дуге, в форсировании Днепра, освобождении Киева. Был в плену, бежал. Дошёл до Берлина.

Учился в студии при Красноярском драматическом театре имени А. С. Пушкина (1945—1946).

В 1946—1954 годах — актёр театров Норильска, Махачкалы, Сталинграда.
В 1952 году играл в Грозненском русском драматическом театре имени М. Ю. Лермонтова.
С 1954 года — актёр театра имени Ленинского комсомола в Москве.
С 1955 года — актёр Театра-студии киноактёра и киностудии Мосфильм.
В 1956 году Смоктуновский сыграл в кино лейтенанта Фарбера в фильме «Солдаты».
В этой роли его увидел Георгий Товстоногов, и разглядел в Смоктуновском будущего Мышкина, «положительно прекрасного человека», пришедшего в жестокий мир с чистой любовью и полным отсутствием житейского опыта. Режиссер, чуткий к актерским дарованиям, пригласил неизвестного артиста в БДТ, и Смоктуновскому удалось «попасть в тон» Мышкина, создать поле доброты, с которой тот шел к людям, покоряя светом своей личности, и оказывался жестоко раздавленным силой человеческого зла.
В 1957—1960 годах — актёр Ленинградского АБДТ имени Горького.
В 1972—1976 годах — актёр академического Малого театра.
С 1976 года — актёр МХАТ имени Горького (ныне — МХАТ имени А. П. Чехова).

Образы, созданные Смоктуновским на сцене — князь Мышкин в Большом драматическом театре, царь Фёдор Иоаннович в Малом, чеховский Иванов и Порфирий Головлёв во МХАТе — вошли в «золотой фонд» русского театрального искусства.

Смоктуновского называли первым интеллектуальным актёром советского кинематографа; лучшие свои роли он сыграл в фильмах «Солдаты», «Девять дней одного года», «Гамлет», «Чайковский», «Дамский портной» и в лирической комедии Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля».

Фарбер

Из книги Ольги Егошиной
«Актерские тетради Иннокентия Смоктуновского». —
М. : О. Г. И, 2004, стр. 10—11

                    А скажите, Иннокентий Михайлович

                    Как актер я мыслю более широко и более верно, чем как человек.
                    В работе присутствует профессия, а она умнее меня.
                    Это она делает за меня селекцию выразительных средств и вкуса.
                    Как человек я подвластен профессии.

Дорогу в профессии часто представляют родом пути (недаром стало штампом: «путь актера»), где каждый шаг — продвижение к цели. На самом деле, в профессии человек движется рывками, прорывами, поднимаясь или опускаясь, спотыкаясь, падая и взлетая на новый уровень. Таким взлетом для Иннокентия Смоктуновского стала роль Фарбера в фильме «Солдаты» (режиссер — Александр Гаврилович Иванов). Сутулый, нескладный, интеллигентный математик, ушедший на войну лейтенантом, Фарбер из повести «В окопах Сталинграда» писателя-фронтовика Виктора Некрасова был Смоктуновскому хорошо знаком: «Это, пожалуй, первая роль, которая дала возможность воплотить многое из тех наблюдений и того багажа, которые я приобрел и в армии, и в театре. Фарбер удался мне сравнительно легко, вероятно, потому что я встречал таких людей, да и моя судьба, и я сам в какой-то мере похож на Фарбера...». Тот образ или «фантом», который возникает перед мысленным взором артиста на первом этапе подготовки роли, потребовал от Смоктуновского работы не столько фантазии и воображения, сколько памяти. Как носить пилотку, сапоги, как прятаться от бомбежек и обстрела, как вытянуть ноги в минуты затишья…
Неуверенная, нескладная походка, ноги, «плавающие» в кирзовых сапогах, пилотка, которую удобнее было держать в руках, чем на голове, железный ободок треснувших очков, тихий, совсем некомандирский голос, пистолет, который он держал как гранату... Этот Фарбер вылезал из окопов, подымая в атаку солдат, не оборачиваясь, не пригибаясь, бежал вперед, загребая руками воздух



Фильм «Солдаты», 1956. Иннокентий Смоктуновский в роли лейтенанта Фарбера


Когда фильм вышел на экраны, в ряду писем-откликов сохранилось одно неожиданное письмо Любови Яковлевны Дрыновой из города Щигры: «В девичестве моя фамилия Фарбер, у меня был единственный брат. В 1941 г. он служил в Каменск-Подольске, с первых дней войны от него не пришло никакой весточки. Он погиб, при каких обстоятельствах не знаю, да и вы не можете знать. Я прошу только ответить, кто явился образом солдата Фарбера, был ли он в самом деле взят с настоящего солдата. Удивительно — мой брат также носил очки, небольшого роста и не только по характеру, но и внешне образ, созданный вами, так похож на брата…».
Как восклицал небезызвестный Мастер в легендарном романе по схожему поводу: «О, как я все угадал!» Правда, актеру ничего не надо было угадывать. Что-то освободилось в артисте: лирическое, личное соприкосновение с ролью, возможность привнести в образ себя, свои переживания, наблюдения, открывала иные горизонты. Живая жизнь подсказывала решения неожиданные и убедительные.
Через несколько лет Олег Ефремов сыграет в Борисе Бороздине («Вечно живые») свой вариант молодого человека из этого, почти выбитого войной поколения. Ефремов сыграет в интеллигентном чистом московском юноше Борисе Бороздине свой идеал. Он знал своего героя, как знают старшего брата, предмет восхищения и обожания. Смоктуновский знал Фарбера, как знают собственную руку. Он знал, как поведет себя Фарбер в тех или иных обстоятельствах, среагирует на те или иные слова, он знал, как тот спит, ест, слушает музыку, как разговаривает со своими подчиненными и с военным начальством… Тихий еврей-очкарик, имеющий звание лейтенанта и мужество встать на партсобрании и сказать в лицо старшему по званию: «Вы — трус», — был новым лицом на киноэкране.
Автор повести Виктор Некрасов позднее скажет об актере: «Смоктуновский еще не был Гамлетом. Но он был Фарбером. Моим Фарберовским. Правдивым до предела».



Фильм «Солдаты», 1956. Иннокентий Смоктуновский в роли лейтенанта Фарбера


«Ключом к профессии» назовет Смоктуновский эту роль позднее, и не случайно именно Фарбер станет пропуском к Мышкину.



Фильм «Солдаты», 1956. Иннокентий Смоктуновский в роли лейтенанта Фарбера

Отрывок из главы «После войны»
книги Е. Горфункеля «Смоктуновский». —
М. : Искусство, 1990, стр. 17—21

<...>
Андрей из картины «Рядом с нами» худо-бедно «открыл» вялого Смоктуновского, с размытым рисунком роли. Причина тягостной вялости и апатии героя — в плохой драматургии и слабой режиссуре фильма. Не стоило бы уделять этой неудачной работе столько внимания, если бы ее вопиющее несовершенство не открыло также самое уязвимое место — разрыв между обманчиво-ординарной оболочкой и актерской сущностью, которая никак не находила воплощения, не имела своего языка и своего лица.
До воплощения было, впрочем, далеко. Пока шли маленькие роли, эпизоды, многочисленные кинопробы (Швабрин, Базаров, Говоруха-Отрок), дубляж, в том числе австрийский фильм о Моцарте «Дай руку, жизнь моя». Вопреки прогнозам директора Театра-студии кино вертело его так и этак, охотно занималось им, подтверждая то, что было ясно в провинции: одаренный, на многое способный актер. Его приглашают в Ленинград, на «Ленфильм» и телевидение. На «Ленфильме» Александр Иванов снимал фильм «Солдаты» по повести В. Некрасова «В окопах Сталинграда». Смоктуновский — лейтенант Фарбер. В композиции фильма Фарбер маячит сначала где-то вдали, потом крупным планом, в центре внимания, а затем снова совершенно сливается с фоном, с войной и ее солдатами. Фарбер выглянул из сюжета, задержал его, как сам Смоктуновский в этой роли выглянул из неизвестности, задержал на себе взгляд.
Четыре военные картины ленинградского кинорежиссера А. Иванова — «Подводная лодка Т-9», «Сыновья», «Возвращение с победой», «Звезда» — приближали его к пятой, к «Солдатам», где нужное режиссеру непарадное слово о войне звучало своевременно и убедительно. После очень трудной судьбы фильма по повести Э. Казакевича «Звезда» и отложенного появления его на экране А. Иванов находит литературный материал, который прозаически повествует об испытаниях войны, о действительном героизме, массовом и повседневном. В фильме «Солдаты» узнавали традиции «Севастопольских рассказов», а в Фарбере — капитана Тушина.
Лейтенант со штатской внешностью появился среди второго потока книг о войне, уже послевоенного. Этот поток был плодом переживаний, которые не закончились с 1945 годом и, напротив, возникли после, породили трудные нравственные проблемы. Фильм А. Иванова касался одной из них. Речь об интеллигенции, которая всегда в России была озабочена судьбой родины, всегда чувствовала нечто вроде вины и готова была к «возмездию». Интеллигенция, говоря словами героя М. Горького, — «это лучшие люди страны, которым приходится отвечать за все плохое в ней».
И социальные акценты, и образы, и киноязык «Солдат» давали иную картину войны, нежели тогда знаменитые и показательные «Падение Берлина», «Сталинградская битва», «Великий перелом». Кинематограф только осваивал материал недавнего прошлого и даже в этом отставал от литературы. «Летят журавли» и «Баллада о солдате» появятся вскоре, но пока их не было. «Солдаты» их только предвещали.
Во всем Фарбер был невоенным человеком, и подвиг его был хотя и высокоморальный, но тоже штатский. Он кидался в бой, вернее, в спор с командиром, по вине которого погибли товарищи. Фарбер называл по именам погибших бойцов, он уверен, что струсили не они, а капитан Абросимов, сваливший на них неразрешимую военную задачу, отправивший на бессмысленную смерть. Фарбер говорил горячо и бесстрашно, чувствовалось, что с ним согласны товарищи, которые пока молча слушают, что его личное мнение уже было общественным обвинением. Рядовой войны, простой пехотинец выступал не просто против жестокого солдафона и своего командира. Фарбер возмутился тем, что человека превращают в пешку. Он больше не захотел терпеть приказного порядка войны, взял слово и сказал все, что думал. Вот оно что: солдат на войне — тоже личность.
Война в фильме «Солдаты», конечно, упрощена, но это не отдельная узость актеров и кинорежиссера — это изъян общего взгляда. Много ли давала война таких недвусмысленных злодеев, как капитан Абросимов, которых можно было побить словом? И разве смерть — трагедия только для тех, у кого плохой командир? Спустя десятилетия на эти вопросы шире и глубже ответили военная проза Г. Бакланова, В. Быкова, Б. Васильева и других.
В Фарбере воскресает столь любимый в нашей литературе «маленький человек». Теперь он интеллигент. Если классический «маленький человек» видит из своего подполья мир снизу, но весь, страшным, но громадным, то Фарбер все-таки оставался близорук и за ним, за его скоропроходящим волнением, за злободневной обидой все пути обрывались.
Сила этого лейтенанта была временным порывом, но искренним — отсюда обаяние и успех. Фарбер защищал достоинство человека, его право на жизнь спонтанно, живым, не казенным словом. Он вообще получился неказенным, запоминающимся.
Фарбер так и не привык к военной форме и, поднимаясь в атаку, рядом с бойцами выглядит неисправимым штатским. Ночью, в окопе он слушает чуть ли не с небес льющуюся музыку Чайковского. Профессия математика и любовь к искусству, деликатность потомственного ленинградца освежены чудаковатостью, которая проявляется и в рассеянности, в неловкости движений, когда он спохватывается или поправляет очки. Фарбер молод, импульсивен, его чуть-чуть комическая странность отчасти результат приспособления к новым условиям существования; зритель буквально видит, как Фарбер осваивается с окопом, пистолетом, тяжелыми сапогами, землянкой, не теряя доброжелательного любопытства и ясности мысли. На войне, где от него требовалось носить шинель, воевать, терпеть трудности боевого похода, он сохраняет очень мирное, располагающее к моральным собеседованиям качество — чуткую совестливость. Фарбер — человек, воспитанный прежде всего нравственно. Жизнь его — прежняя довоенная, временная военная и будущая послевоенная, — ровная и не бросающаяся в глаза, схвачена в кульминационный момент ее высшего значения для всего общества.
Рядом с ним есть другие интеллигенты — лейтенант Керженцев, бойцы-коммунисты; не может быть сомнений, что они тоже дали бы отпор командиру-шкурнику. Но нет, понадобился именно недотепа Фарбер, чтобы судить от общего лица. Не будучи главным героем картины, Фарбер недаром воспринимался неофициальным центром ее. Он говорил от имени тех, чья сила была в нравственной неиспорченности и у кого не было кулака для пущей убедительности. Речь его на собрании коммунистов взволнованна и сбивчива, он не привык выступать. Всегда незаметного, его теперь окружает сочувственная тишина, всегда вежливый, он резко бросает Абросимову: «Это вы струсили...»
Лейтенант в круглых очках, с добрым взглядом выполнил здесь свою миссию, на что потребовалась вся его душевная энергия, и отошел в сторону. Своей судьбы, как и у других персонажей «Солдат», у него в фильме не было. В истории Фарбера было и что-то слишком закругленное, словно за гражданскую храбрость он вознагражден душевным покоем до конца жизни, словно отныне, после бунта все пойдет гладко, а сам бунт стоил лейтенанту только нескольких минут гнева. Но и то было дорого зрителям «Солдат»,
Среди созданий Смоктуновского Фарбер — редкий экземпляр: виртуозно сделанная работа, но без глубины. Роль более важная для зрителей, чем для становления таланта. Фарбер — злободневный герой. Лейтенант выступил первым на собрании, которое воспринималось отнюдь не только в контексте войны, прошлого. Он нарушил ритуал образования общественного мнения, и кинообраз приравнивался к действительно выступавшим на действительных собраниях, на XX съезде партии. Фарбер — по зову совести гражданин, это Смоктуновский сыграл отчетливо, сильно. Такая точная задача неожиданно сузила, уменьшила героя, хотя, казалось бы, должна его приподнять. Во-первых, тема Фарбера не имела никакого продолжения и в сюжете и за его пределами, в перспективе размышлений о фильме. Во-вторых, обстановка для Фарбера однозначно благоприятная, все на его стороне, не хватает взрыва, чистой эмоции. Фарбера «прорвало». В-третьих, Фарбер — частное выражение общего, он солдат, от активности которого зависит победа армии. Его устами глаголет истина текущего дня. Фарбер обаятелен и достоверен, но на кинозрителей 1956 года впечатление произвела прежде всего его гражданская смелость. Она прикрыла собой и резонерство и даже схематизм образа. С годами недостатки общего замысла фильма, его наивная и скороспелая публицистичность проступают сильнее и не могут не влиять на восприятие Фарбера в свете нашего опыта, даже подрывают доверие к нему, несмотря на то, что актерские краски ничуть не потускнели.
Во время съемок фильма (они проходили в Сталинграде) выяснилось, что Смоктуновский — единственный в группе фронтовик, так что пришлось выполнять еще обязанности внештатного консультанта. Но, кажется, он своего, потаенного на Фарбера не потратил. Его военная история могла быть описана и Симоновым, и Баклановым, и Кондратьевым. «Описание» Фарбера литературно, хотя вся отделка образа выполнена уверенно: ленинградец, человек умственного труда узнается в нем сразу. Он как бы помещен в мягкий юмор, сквозь который проступает его внешняя нескладность.
В «Солдатах» обращал на себя внимание голос актера. Слабого, «глухого звучания» (так оценивает свой голос сам Смоктуновский) как не бывало. Голос Фарбера звонкий, но мягкий. Человек волнуется, человек деликатен и грозен — все это слышалось не меньше, чем виделось. В прелестной, волнующей неровности тембра угадывались дыхание, чувство, темперамент. Голос Фарбера раздался за кадром, прежде чем он сам появился на экране. В голосе было особое, звенящее волнение, которое через два года позволит заметить про Мышкина: «Один только голос, и тот заставляет говорить о необыкновенном таланте».



Фильм «Солдаты», 1956. Иннокентий Смоктуновский в роли лейтенанта Фарбера


Фарбера заметили. Фарбер уже сам по себе первая значительная роль, с резонансом в публике, среди специалистов по кино. У Фарбера есть еще одна заслуга. Точнее сказать, не у Фарбера, а у его взгляда. Именно на глаза Фарбера обратил внимание Г. Товстоногов. «Узнавание» приняло облик необыкновенного совпадения. Товстоногов репетировал в театре «Идиота» с талантливым ленинградским актером Пантелеймоном Крымовым. Довольно долго (рассказывают, месяца два) режиссер не мог вспомнить, где он видел Фарбера из только что просмотренного фильма «Солдаты», — актер был ему совершенно неизвестен. Однажды на репетиции он понял (в легенде: вскочил, закричал, то есть понял внезапно), что это глаза князя Льва Николаевича Мышкина. В этот момент и была решена судьба Смоктуновского. Есть и другая версия «узнавания»: Евгений Лебедев, актер БДТ, играл в фильме «Шторм». Сидя в одной гримерной с исполнителем роли композитора Муромцева, он увидел, как, снимая грим, пожилой человек превращается в молодого с такой внешностью, которая тотчас же бросилась в глаза: «Да вы должны играть Мышкина!»
Когда Товстоногов решил готовить Мышкина со Смоктуновским, актер был приглашен в Ленинград, в труппу Большого драматического театра имени М. Горького. Премьера «Идиота» состоялась в самом конце 1957 года; до этого срока, в начале октября, театр показал премьеру «Кремлевских курантов». Первый раз на прославившую его сцену Смоктуновский вышел в роли Дзержинского. Спектакль не оставил сколько-нибудь заметных следов в истории театра. Дебютант разделил с другими участниками положенные комплименты и даже был удостоен таких строк: «Теплый лирический гуманизм характерен для прочтения театром и других образов спектакля. Всего несколько слов у И. Смоктуновского, выступающего в роли Дзержинского. Но в этих словах, в мягком внимательном взгляде, неудержимом смехе над рассказом о невежестве руководителя артели встает полный огромной любви к людям облик рыцаря революции».
Совсем иной тон и язык в рецензиях, которые появились три месяца спустя, хотя в них тоже идет речь об огромной любви театрального героя к людям.
Мы уже совсем близко подошли к знаменитейшему — теперь это факт истории — театральному событию середины XX века, и перед этим — еще несколько слов. Послевоенный театр искал встречи с Мышкиным, героем романа Достоевского, еще тогда, когда Смоктуновский перебивался в Красноярске. В 1946 году мхатовские «Братья Карамазовы» и «Бесы» если упоминались, то как реакционные спектакли, «дань символистско-декадентскому искусству», и один из театральных начальников с возмущением говорил: «В течение полутора лет почти все московские театры обращались в Комитет по делам искусств с просьбой о включении в репертуар спектакля «Идиот». Меня поразило, почему пошло такое поветрие? Не это все объясняется очень просто. Речь шла о том, что в этом спектакле хотела играть Коонен, хотела играть Тарасова, хотели играть ведущие артисты московских театров». Объяснение в самом деле очень простое — вместо серьезного, обдуманного репертуара взять эффектную инсценировку, не удостаивая вниманием идеологические промахи вещи. Но интерес к Достоевскому был вызван не такими ничтожными причинами, унижающими названных мастеров, а тоской по большим темам, по трагедии, по настоящему театру. Не случайно также, что из классических писателей Достоевский имел неоспоримое первенство как театральный автор, хотя долгожданная встреча состоялась через десять лет. Смоктуновский более десяти лет шел к своей лучшей роли.
<...>


Обложка книги Иннокентия Смоктуновского
«Быть!»

Титульный лист





Фотография из книги, стр. 57.
Лейтенант Фарбер в фильме «Солдаты»
по сценарию В. Некрасова.
Режиссер А. Г. Иванов, «Ленфильм», 1956 год.
Прекрасный режиссер, замечательный фильм.
Одна из моих удавшихся работ.
Керженцев — Всеволод Сафонов

Фильм «Солдаты» (1956)






  • Виктор Некрасов «Вспоминая лейтенанта Фарбера (Иннокентий Смоктуновский)»

  • Юрий Виленский «Герой, которого не было, но который был»


  • 2014—2019 © Международный интернет-проект «Сайт памяти Виктора Некрасова»
    При полном или частичном использовании материалов ссылка на
    www.nekrassov-viktor.com обязательна.
    © Viсtor Kondyrev Фотоматериалы для проекта любезно переданы В. Л. Кондыревым.                                                                                                                                                                                                                                                               
    Flag Counter